Яромира. Украденная княжна

— Больно острые камни выпирают. Нужно идти сейчас, пока не начался прилив. Пока воды всего лишь по горло.

Харальд, заведя руки за спину, перекатился с пятки на носок. Решив что-то, он посмотрел на Вигга.

— Нужны будут топоры да веревки. Смастерим плот.

Тот, если и хотел что-то спросить, то не стал. Кивнул и, поведя плечами, зашагал к воде."

"— Давно ли ты боишься замочить сапоги? — сострил Олаф.

Но, наткнувшись на взгляд Харальда, замолчал и проглотил издевку.

— Я могу потерпеть, — Ярлфрид, внимательно прислушавшаяся к их разговору, ступила вперед и вопросительно посмотрела на конунга.

— И доплыть тоже могу. Сюда же доплыла.

Харальд резко качнул головой.

— Больше ты не будешь мерзнуть в ледяной воде, — сказал он.

На щеках у нее вспыхнул румянец: вот уж чего старый кормщик никогда прежде не видывал! Он рассеянно провел ладонью по загривку. В последний раз он видел конунга и дроттнинг еще дома на берегу, когда все жители собрались, чтобы проводить драккар. И они даже смотреть друг на друга избегали, это Олаф запомнил хорошенько. У Харальда на переносице всякий раз залом появлялся, стоило кому упомянуть Ярлфрид.

Да и та косилась на конунга диким волчонком и старалась не оставаться с ним наедине.

Нынче же…

Кормщик поджал губы, чтобы не ляпнуть лишнего. Как бы ни был рад и благодарен ему Харальд, а за длинный язык он всегда спрашивал строго.

Пока дожидались хирдманинов с топорами и веревками, вновь развели костер. Олаф вскинул брови, но и тут смолчал, наблюдая за конунгом, который сам натаскал хвороста и высек искру. А потом усадил напротив огня дроттнинг, и та благодарно улыбнулась ему и протянула к пламени покрасневшие, замерзшие ладони.

— Посидишь тут? — спросил у нее Харальд, когда на берег вернулся Вигг: еще хлеще вымокший и потому безрадостный.

Спросил, а не приказал. Старый кормщик закряхтел и отвернулся. Может, подменили их конунга? Или все же прибрал его к себе грозный Бог Ньёрд?

Да только глазищами тот сверкал точно так же, как и прежде. На всех глядел с привычной суровостью, кроме Ярлфрид.

Взяв топоры, они ушли подальше от берега к лесу. Вместе с дроттнинг Харальд оставил у костра Вигга, но прежде отвел его в сторону и что-то коротко сказал, и тот поспешно закивал, а после покосился на дроттнинг.

Да-а.

Совсем чудные времена настали.

— Как ты Ивара настиг? — спросил Харальд, когда они дошли до опушки, и двое хирдманинов принялись рубить невысокие, молодые сосны.

— Не я, — Олаф хмыкнул. — Хотел бы сказать, что я, да только, когда я их повстречал, было все уже кончено. Его предали предатели.

Кормщик рассмеялся невеселым, хриплым смехом.

— Ты у Вигга спроси, он лучше расскажет. Это он на твоем драккаре подговорил всех, кого смог, против Ивара. Ну, а тех, кто не переметнулся обратно, они уже добили.