Яромира. Украденная княжна

Уже к вечеру она окажется в месте, которое называла своим домом почти девятнадцать зим. Она окажется в ладожском тереме, только там все будет иначе.

Позади раздались знакомые шаги, и к ней подошел сын, которому весной минуло девять. Бросил на нее осторожный, вопросительный и поднырнул ей под руку, потерся щекой о бок. Еще пару зим, и он перегонит мать по росту.

Яромира наклонила голову и потрепала сына во светлым волосам. Боги, как же он был похож на Харальда! От нее не взял ничего, даже цвет глаз у него был отцовским. А ведь в муках его рожала она!..

— Мама, а дедо́теперь в Вальхалле? — спросил он серьезно.

Сердце привычно защемило, но Яромира заставила себя улыбнуться.

— Твой дед теперь в чертогах Перуна.

Мальчишка смешно нахмурил нос. Он был сыном своего отца и верил в богов, в которых верил Харальд. О богах матери он знал лишь то, что она рассказывала ему долгими вечерами перед сном в далеком детстве.

— Это ничуть не хуже, — немного подумав, заключил он, и Яромира не сдержала улыбки.

— Рагнар! Подсоби мне с канатом!

После окрика отца сына с места как ветром сдуло, и она вновь осталась одна. Но ненадолго.

Харальд, отряхивая мелкие ворсинки веревки с ладоней, вскоре подошел к ней и занял пустовавшее место Рагнара. Яромира обернулась через плечо: сын, сосредоточенно сопя от усердия, сматывал канаты, которыми укрепляли паруса накануне, когда разбушевался особенно сильный ветер.

Она вопросительно приподняла брови, и муж усмехнулся, проследив за ее взглядом.

— У меня на драккаре без дела не болтаются, — сказал он.

— Я болтаюсь. И Рагнхильд, — с улыбкой возразила Яромира.

Харальд заключил ее в кольцо своих рук, прижав к груди, и фыркнул жене в макушку.

— Так вам драккар за собой и не водить.

Прикрыв глаза, она откинулась затылком ему на плечо, чувствуя себя спокойно и защищенно. Она чувствовала себя так все тринадцать зим, что прошли со дня их свадебного обряда. Сперва ей было тяжело: Харальд устанавливал свою власть на суровом севере, добивая остатки тех, кто был по-прежнему верен Рюрику. И тех, кто не хотел идти под его руку."

"Она седмицами не видела мужа, и не мудрено, что их первый сын родился лишь четыре зимы спустя! Затем у них появилась Рагнхильд и совсем недавно — малыш Бьёрн. Его пришлось оставить в Вестфольде. Как бы Яромира этому не противилась, а брать в дальний путь совсем еще дитя было и неразумно, и опасно. Скрепя сердце она согласилась с тем, что говорил ей Харальд.

Ни разу за все эти зимы она не усомнилась в правильности своего выбора. В том, что отправилась за мужем в далекую и холодную северную страну. В том, что приняла его войну за право зваться конунгом конунгов. В том, что согласилась терпеть и дожидаться его возвращения из множества походов, сражений и битв.

Она даже полюбила море.