Бьянка, благочестивая невеста

Например, однажды ей захотелось засахаренных фиалок, и подруги сумели найти диковинку. Старательно растирали ноги, чтобы в сырые зимние дни ступни не сводило судорогой. Прилежно шили крохотные чепчики и распашонки. Даже суровая, ревнивая Шахди смягчилась и украсила приданое искусной вышивкой.

И все же одного желания подруги удовлетворить не могли: тоска по Амиру становилась все острее. Случалось, что Азура вожделела к любимому больше, чем прежде, когда нежилась в его объятиях. Долгими ночами она лежала без сна, смотрела на свой большой живот и сгорала от неудовлетворенной страсти. Порою приходилось кусать подушку, чтобы не закричать. Она не знала, нормально ли подобное нетерпение. Мейсун и Шахди объяснить не могли: у них детей не было. С матерью на эту тему разговаривать не довелось. Да и Агата наверняка ничего не знала о подобных странностях. Оставалось одно: скрывать неукротимые порывы и молиться, чтобы супруг успел вернуться прежде, чем она превратится в пепел.

А тем временем принц уже собирался домой. Деньги он давно передал. Долгие переговоры с отцом результата не принесли — собственно, как и предполагалось. Программу визита следовало считать если не выполненной, то, во всяком случае, исчерпанной. Амир попрощался с принцем Джемом, поблагодарил Великого магистра за гостеприимство и ранним мартовским утром покинул остров Родос, чтобы отправиться на родину. В Константинополе он немедленно поехал во дворец, чтобы сообщить султану о результатах дипломатической миссии.

Баязид готовился к началу весенней военной кампании, так что беседовать с племянником ему было некогда, тем более что провал переговоров он предвидел с самого начала, а Амира отправил лишь для того, чтобы угодить Бесме, которой повсюду мерещились происки врагов против ее сына. Сейчас, раздраженный собственным безволием и в глубине души пристыженный тем, что понапрасну отнял у Амира драгоценное время, султан встретил его сухо и деловито.

— Хорошие новости? — коротко спросил он.

Амир почтительно поклонился.

— Новости такие, каких вы ожидали, дядя. Брат ваш решительно не желает изменить политику и скорее готов умереть, чем отказаться от борьбы за трон.

— Упрямый дурак, — процедил султан сквозь зубы. — С ним хорошо обращаются?

— Великолепно. Обосновался он с полным комфортом и занял целое крыло в замке Великого магистра. Ежедневно упражняется в поединках с рыцарями, оттачивая боевое мастерство. Полагаю, госпитальеры собираются переправить его во Францию или в Италию. Ну а отец отказывается верить, что их забота о нем в действительности является заботой о собственном благополучии, и считает себя оружием в борьбе против вас.

— Как бы ты поступил на моем месте? — осведомился Баязид.