Бьянка, благочестивая невеста

 — Глубоко признателен за то, что дядя вообще задумался о моей безопасности, и безропотно выполню указание. Разве случалось, чтобы я ослушался? Более преданного слуги у султана нет и никогда не будет.

— Вы правы, ваше высочество, — подтвердил кизляр-ага. — А теперь, когда самый важный и самый сложный вопрос, наконец, улажен, хотелось бы увидеть малышку, чтобы рассказать о ней повелителю.

— Крикор, — обратился Амир к верному слуге, стоявшему поодаль в ожидании распоряжений. — Передай Али Фариду, чтобы госпожа Азура немедленно принесла сюда нашу дочку.

— Сию минуту, господин!

Вскоре в комнату вошла Азура с ребенком на руках. Одета она была в расшитое золотыми и серебряными нитями шелковое платье лавандового цвета. Темные волосы закрывала бледно-розовая накидка, а лицо пряталось за тонкой вуалью. Розовое платьице девочки гармонировало с пухлыми румяными щечками, а ярко-голубые глаза смотрели на незнакомых людей с живым интересом. Молодая мать поклонилась супругу и гостям.

— Это моя третья жена, Азура, и наша дочка Атийя, — гордо представил Амир.

Тонкими изящными пальцами Хаджи-бей деликатно приподнял вуаль, оценивающим взглядом знатока внимательно посмотрел Азуре в лицо и снова опустил полупрозрачную ткань.

— Необыкновенные глаза, — восхищенно заключил он. — Эта женщина достойна гарема вашего дяди. — Он бережно тронул черный локон девочки. — А дочка похожа на вас обоих. Унаследовала ваш упрямый подбородок и прелестные губы матери. Обязательно сообщу султану, что маленькая Атийя — истинная османская принцесса.

— Возвращайся в гарем, любимая, — тихо проговорил Амир. — Я скоро приду и расскажу обо всем, что сегодня произошло.

Азура еще раз вежливо поклонилась и ушла. От ее внимательного взгляда не укрылось то обстоятельство, что третий мужчина в комнате был одет в мундир янычар. Когда старший из гостей приподнял вуаль, то лишь бегло заглянул в лицо и тут же скромно отвел глаза. Кто же это такой? Надо будет спросить у Амира.

Мейсун и Шахди уже знали о приезде кизляр-аги и с волнением ждали возвращения подруги.

— Что понадобилось великому Хаджи-бею от нашего супруга? — нетерпеливо спросила Мейсун.

— Не знаю, — пожала плечами Азура. — Амир обещал прийти и все рассказать.

— Скорее всего, гости останутся ночевать, — предположила Шахди. — Возвращаться в Константинополь уже слишком поздно. Так что мужу придется их развлекать.

— Каким образом? — недовольно уточнила Мейсун. — Танцовщиц у нас нет.

— Угощением и напитками, разумеется, — ответила Шахди. — А еще долгими разговорами и азартными играми.

— Прием, вряд ли достойный мудрого кизляр-аги, — с сожалением покачала головой Мейсун. — Жаль, что мы не знали о приезде высокого гостя заранее.