Битая грань

За ними зашли и все охранники, терпеливо ожидающие разрешения ситуации.

Но Саша на протяжении всего подъема чувствовал, как Катю колотит, пока они, наконец, не закрыли за собой входную дверь в квартиру. Лишь тут немного отпустило малышку.

Однако и на следующий день, когда ей надо было идти на занятие по музыке, Катю колотило. Саша это уловил. С ней поехал, все равно потом на перевязку нужно. И только то, что вечером приехали ее мать и отчим, Катерину все же отвлекло, казалось.

Но Ольшевский вывод сделал. Не нравилось ему, что котену так трясет и пугает теперь то, что по факту должно было давать ощущение уверенности и защиты.

Приезд родителей почему-то оказался для Кати точкой по внутренним ощущениям, когда и начался «праздник». Довольно странно, учитывая их прошлые отношения, что и говорить. Однако, наверное, сказалась то самое переосмысление жизни.

С вокзала родителей забрал Кирилл. Катя и хотела бы сама встретить, но все еще старалась как можно реже входить/выходить из дома, чтобы не оказываться в подъезде, тем более когда с ней не было Саши. А Ольшевского так измотал день (поход с ней на занятие, перевязка), что, сколько бы он ни хорохорился и не геройствовал перед ней, видела — устал капитально, сказывалось ранение. А у них завтра свадьба, как ни крути, надо бы в форме быть. Потому она позвонила маме, объяснив и предупредив, что с огромной радостью встретят их уже дома, да и в Кирилле не сомневалась, знала, что на него можно положиться.

А когда увидела маму в дверях… Вот правда, разрыдалась от счастья, и впервые за долгие годы обняла с тем давно позабытым чувством искренней любви и привязанности, с уверенностью, что ее всегда поймут, и любят, несмотря ни на что. Мама, наверное, тоже не до конца уверенная, как пройдет их встреча, хоть и многое обсудили по телефону, пока Ольшевский в больнице был, и сама расплакалась, но с улыбкой. Видно, что от счастья. Обняла ее также крепко.

— Ну вот, девочки, вы что?! — попытался разрядить обстановку Андрей, с усмешкой поглядывая то на них, рыдающих и смеющихся посреди холла, то на такого же ухмыляющегося Ольшевского. — Развели тут чуть ли не поминки. Хоть бы поужинали для начала, глядишь, и веселее все было бы… — явно пытался их встряхнуть и разгрузить отчим.

— И то правда, что за блажь, на голодный желудок реветь? — поддержал его Саша, пожав руку будущему тестю.

Катя шмыгнула носом, переглянулась с мамой и… обе рассмеялись.

— Намек на то, что наши мужчины голодны и долго ужина ждать не намерены, услышан и понят, — весело констатировала Елена, вытирая со щек слезы.

И они все вместе, действительно испытывая массу положительных эмоций, отправились на кухню.