Босиком по горячим углям

— Выходит, могут сопротивляться?

— Будет стрельба, Мукашев, — сказал Мамардадзе. — Ты боишься?

— Мераб, я знаю, ты мужик отчаянно смелый. Почему думаешь, что другие трусы?

— Я не думаю, я спрашиваю.

— Разве я не ответил? Да, стрельба будет. Тебя не устраивает? Вон дверь, она открыта.

— Командир, — спросил третий. — Нам дадут справки, что мы в законе? Или это пиратский акт? Короче, работаем на местную мафию?

— Отвечать за все буду я, Иволгин. Ваше дело — работа, ваш приз — по десять штук на руки. Мало?

— Сколько их? — спросил Иволгин.

— Пятеро. Насколько я знаю, четверо прикрывают главного, а он уходит один.

— Да, — сказал Мамардадзе. — Тебя это тоже пугает?

— Нет, Мераб. Меня давно ничто не пугает, кроме отсутствия денег.

— Иволгин — наш человек, — сказал четвертый и показал большой палец. — Подлинный представитель рыночной экономики.

— Оставь, Гиви, — оборвал его Мамардадзе. — Сейчас не до шуток. Если на то пошло, я всегда знал, чего Иволгин стоит…

— Это хорошо, что тебе известно, сколько я стою, — сказал Иволгин — Ты всех нас давно оценил: меня, Гиви Романадзе, Ивана Мукашева, Гену Васильева… Всех. А сколько стоишь ты сам?

— Чего разозлился? — спросил Мамардадзе.

— Я не злюсь. Просто интересуюсь: сколько тебе надо денег, чтобы насытиться?

— Много, дорогой. Потому что я не согласен на дерьмовую жизнь.

— Ну нахапаешь ты миллион, тебе хватит?

— Нет, дорогой. Мне нужно пять, а лучше десять миллионов.

— Ты слыхал такое слово — приватизация? Наверное, нет, раз спрашиваешь. А я слыхал и все понял. Начнется — куплю завод. Нерентабельный. Выманю у рабочих их акции. Они за бутылку водки со штанами отдадут.

— У тебя же образование — купленный аттестат.

— Это, дорогой, ничего не значит. У меня здравый смысл. Умным буду платить очень хорошо. Ленивых — вон! За ворота! Остальных скручу в бараний рог…

— В это я верю. Ты нас уже скрутил.

— Тебе плохо жить, да? Нет? Тогда кончай базар. Через час нас вертолетом подкинут на Атмуюн. И за дело. Собирайтесь!

Таштемир из осторожности не сразу ушел от шайки Касума Пчака. Сделав широкий круг, он вернулся к осыпи, возле которой расстался с бандитами, и стал следить за ними. Стоило убедиться, в самом ли деле у них мирные намерения и не станут ли они его преследовать, чтобы ночью захватить врасплох. Он видел, как Гордаш и Шишка за ноги отволокли тело Касума под клыкастую рыжую скалу и, закидали его камнями.

Ахмака с ними уже не было. Это заставило Таштемира продолжить наблюдение.

Примерно через час появился и Ахмак. Он гнал впереди себя двух овец. Гордаш и Шишка приветствовали его радостными возгласами. Шайка принялась готовить пир…

Лишь после этого Таштемир спокойно двинулся в сторону перевала Узун-дабан.