Босиком по горячим углям

С высоты своего укрытия Таштемир наблюдал, как два человека в пятнистых военных костюмах — попробуй заметь их среди скал! — двигались вверх по склону в полукилометре от него. По всему ощущалось, что они чувствуют себя в горах, как дома. Держа автоматы наизготовку, эти люди перемещались от укрытия к укрытию короткими бросками, делая все возможное, чтобы не подставить себя под прицельный выстрел.

Таштемир понял: его поджимают. Маневр хитрый, рассчитанный на естественное стремление человека уйти от превосходящего по силам противника и тем самым обезопасить себя. Обычная тактика, с которой Таштемиру уже приходилось сталкиваться. Главарь душманской бандгруппы амер Зирак в Бадахшане однажды преподал роте его друга капитана Гайдука урок того, как следует воевать не только оружием, но и умом.

…Ущелье Дресурай лежало перед ротой, как след трехпалой лапы огромного чудовища, оставленный на камнях. Где-то в глубине теснины все три прохода сливались воедино, и дальше эту огромную трубу, продуваемую резкими ветрами, сжимали с обеих сторон скальные стены. Труба становилась все уже и уже, а стены — все круче и выше.

И вот изо всех трех проходов на роту двинулись мощные группы боевиков амера Зирака. Первое, что пришло бы в голову каждому грамотному командиру, — отступить в глубину ущелья, занять позицию и продержаться до подхода помощи. Но капитан Гайдук оценил обстановку иначе. По тому, как лениво, методично и спокойно двигались душманы, по плотности их огня Гайдук понял — их поджимали, подталкивая в ущелье, где роту наверняка поджидала засада. И ротный принял решение, которое ему подсказывал боевой опыт. Он вызвал на подмогу вертолеты, которые проутюжили верхнюю часть Дресурая, а рота, единым кулаком ударив в левый проход, выбила оттуда душманов и расчистила себе путь в долину.

Теперь на родной земле, в родных горах его самого загоняли в ловушку, вытесняли к перевалу. Значит, наверху уже была засада. Поджимали двое, вероятнее всего, и в засаде не более двух человек.

Таштемир еще раз огляделся. Путь к перевалу лежал через крутые террасы, которые, словно ступени огромной лестницы, поднимались к голубому небу. Он стал вспоминать, как петляет тропа, и вдруг ясно представил, где сам в подобных обстоятельствах устроил бы засаду.

Резко свернув влево, Таштемир оказался среди выходов острых каменных чешуи, которые в беспорядке торчали тут и там. Здесь никто не торил путей, но пройти вверх, минуя удобный проход, было нетрудно.

Оказавшись чуть выше опасного места, где могла быть ловушка, он приготовил оружие и двинулся вниз, готовый ко всему. За поворотом тропы припал к стене, покрытой лишайником, замер.