Бумажные крылья

– Но не для того, чтоб ты свободно гуляла с молокососами возраста своей дочери!

Он так орал, будто это я ему изменила.

– Леш, а что тебя больше бесит – то, что у меня есть мужчина, или то, что он моложе тебя? Ты бы лучше женой своей занялся и не лез в мою личную жизнь.

– Твоя личная жизнь протекает на глазах нашей дочери!

– Ты только что сказал, что я ее выпроводила.

– Сука ты, Оля, и всегда была сукой.

– Да! Была! Для тебя! Потому что никогда тебя не любила... расскажи своей дочери, каким образом мы ее зачали, и как меня вынудили за тебя выйти. Расскажи ей, как я плакала утром после выпускного, а ты просил прощения и тыкал мне деньги.

– Да, дрянь. Надоело молчать. Я – дрянь. Я с этим как-нибудь буду жить дальше.

Выключила звонок и отшвырнула сотовый. Повернулась и встретилась взглядом с Вадимом. В его глазах было что-то, не поддающееся определению: то ли горечь, то ли уже привычная боль с тоской, которые появлялись в самые неожиданные моменты и сводили меня с ума. Я понимала, что даже моя любовь не заменит ему возможность ходить. Я могу лишь отвлечь и развлечь. Но не стать его ногами... он все еще держит со мной дистанцию. Мы близки – насколько могут быть близки мужчина и женщина, но не душой... в душе там темнота у него, там холодно и очень сыро. И я пока не знаю – куда идти и где искать лучик света.

– Начинается война? Узнали обо мне?

Кивнула и опустилась на ковер у его ног, чтобы положить голову на плед, чувствуя, как он перебирает мои волосы под какой-то треш-боевик на компьютере.

– Рано или поздно должно было начаться, – тихо сказала я.

Я отрицательно покачала головой и сплела свои пальцы с его пальцами. Я намного больше боялась потерять его, потерять свои крылья с его именем и грозовым взглядом. Мне было страшно, что однажды он захочет иной жизни, захочет прежнего экшена, встряски, молодую девочку рядом. А ведь мне больше не подняться потом... без него. Я разломаюсь вся на куски и никогда не смогу встать на ноги. Для меня эта любовь фатальна, и от этого становится еще страшнее, больнее и... именно от этого хочется любить его еще сильнее и назло всем. Хочется дышать как последний раз в жизни. Хочется воевать со всем миром за нас с ним.

– Надо ложиться спать, мне через несколько часов выезжать на вокзал. Ты помнишь – где и что лежит?

– Помню. Иди ложись.

Рука на какое-то время остановилась на моих волосах и продолжила снова перебирать. Но я без него не ложилась, мне нужно было обязательно рядом, это превратилось в привычку настолько быстро, что я даже сама не могла осознать, в какой момент стала зависима от его запаха и рук даже во сне.

– Пойду принесу нам чаю. Будешь? С лимоном?

– Надо собаку твою покормить. Ходит по двору несчастный. Я быстро.