Contra spem spero

Хотя машина редкая, заметная, и в тех местах не шибко популярная — из-за расхода топлива…

Генерал достал из пачки сигарету, покрутил в руках, нехотя вернул её на место.

— Третий месяц пошёл…. Ладно, с машиной всё равно надо что-то делать. Ночью на той стоянке сторож есть?

Подполковник пожал плечами.

— Дима говорил — там три камеры, людей нет.

— Это понятно, камеры подешевле человека…. Отключить их как-то можно? Ты Диме этому что объяснил?

— Что у нас в этой машине специальное оборудование. И что это оборудование ни в коем разе не должно попасть в руки тамошней полиции — потому как в этом случае у ребят будут серьезные проблемы.

— Обещал в ближайшие дни «мерса» нашего вытащить оттуда — хотя я не знаю, как он это сделает.

— Там недалеко, на западной окраине Всетина, есть склад металлолома, старые машины там принимают — и под пресс.

Генерал скептически бросил:

— Ну-ну… — а затем, вздохнув, добавил: — Ты вроде в Брно третьего дня собирался?

Левченко удивлённо глянул на шефа.

— Ехать. Ты ж официально занимаешь пост заместителя директора нашей конторы, «Спецметаллснабэкспорта»? Так?

— Нуда хуже коросты…. Вот как начальник попавших в автокатастрофу своих подчинённых ты туда и съездишь. Ребят навестишь, апельсины им там раздашь, конфет, приветы передашь — но главное, проследишь, чтобы машинка наша под тот пресс, про какой сосед рассказывает, в самом деле попала. И чтоб вышла из-под него — брикетом металлолома, как по телевизору показывают. Задача ясная?

Подполковник кивнул.

Генерал покачал головой.

— На месте определишься. Кстати, захвати-ка на всякий случай для него какой-нибудь проходной паспорт — украинский, что ли…. И если будет в твоих силах нашему парню помочь — помоги. — Помолчав, Калюжный добавил: — Но что-то, ты понимаешь, мне подсказывает, что он свою игру уже играет, и пока ты туда доберешься — к завтрашнему вечеру — он её закончит. И единственное, в чём мы с тобой сможем ему помочь в этом его нелегком деле — это пожелать ему удачи. Какая ему сейчас ох как нужна…

Ну что ж, как говорится, назвался груздем — полезай в кузов….

Одиссей вышел из машины, огляделся. Давешняя треугольная площадь с невразумительным обелиском (не то в честь избавления города от чумы, не то в память о посещении его же каким-то католическим святым, понять мудрено), по гипотенузе — два двухэтажных дома в стиле сецессион, явно конца XIX века, стоящие стена к стене, по бокам от них — здания посвежей, судя по всему — годов шестидесятых прошлого века; справа — какой-то торговый центр с промтоварами (обувь и прочее обмундирование) и мясной лавкой на первом этаже (maso — uzeniny, тут, и не зная по-чешски.