Деликатесы Декстера

Я поехал на юг в типичном стиле Майами, лавируя между потоками так, будто на дороге нет никаких полос. Обычный мой стиль вождения более прост — мне всегда казалось, что добраться до места назначения ничуть не менее важно, чем показаться крутым на дороге. Но сейчас у меня это получилось без особых усилий: я вырос здесь, и, помимо всего прочего, мне представлялось, что текущая ситуация требует от меня всей возможной поспешности и мужественной твердости. О чем Рита думала? Больше того, как она убедила врачей пойти на такое? Это выглядело бредом: Лили-Энн — крошечное, хрупкое, совершенно беззащитное создание, и кидать ее, не умеющую плавать, в бурное море жизни за пределами больницы было полным безумием и совершенно бесчеловечным поступком.

Я заехал домой за детским сиденьем. Конечно, я неделями тренировался, чтобы идеально справиться с ним, когда придет время, но оно наступило слишком рано, и, когда я попытался закрепить его ремнем безопасности, обнаружилось, что мои пальцы, обычно такие ловкие, превратились в ледяные и неуклюжие отростки. Я никак не мог просунуть ремень в щель на задней стенке кресла, все толкал, тянул и в конце концов порезал палец о пластик, а пока зализывал рану, вся конструкция окончательно развалилась.

И эта штука должна обеспечить безопасность? Разве оно могло защитить Лили-Энн, если так набросилось на меня? И даже если оно сработает как надо — хотя ничто никогда не работает как надо, — разве я смогу защитить Лили-Энн в таком опасном мире, как наш? Тем более так скоро после появления на свет — безумие отправлять ее домой, когда ей всего один день от роду. Типичное врачебное высокомерие и безразличие.

Врачи всегда считают, будто они умнее всех, только потому, что не завалили органическую химию. Но они не могут знать всего — они не видели того, о чем мне так ясно говорил отцовский инстинкт. Еще слишком рано кидать Лили-Энн в холодный и жестокий мир, только для того чтобы сэкономить деньги страховой компании. Это не могло хорошо закончиться.

В конце концов я установил сиденье на место и устремился к больнице. Однако, несмотря на все мои совершенно логичные опасения, я не обнаружил ни Риту, уворачивающуюся от пуль под стенами больницы, ни Лили-Энн, играющую использованными шприцами в мусорном баке.

Вместо этого Рита сидела в инвалидном кресле в холле, держа в руках аккуратный сверток с младенцем. Когда я вбежал внутрь, она взглянула на меня с широкой улыбкой:

— Привет, Декстер. Ты быстро.

— О, — произнес я, пытаясь убедить себя, что каким-то образом все действительно оказалось в порядке, — ну, честно говоря, я был не так далеко.

— Надеюсь, ты не собираешься везти нас домой с такой же скоростью, — заметила она.