Дерзкий морпех

Егор Кутягин, уже одетый в чистую тельняшку, сидя за столом, чистил головку репчатого лука, рядом стояла открытая банка говяжьей тушенки. Ротный был человеком войны, то есть абсолютно не приспособленным к обустройству быта. Он рядом с бойцами ел из солдатского котелка, носил такой же камуфляж, сам себе стирал исподнее, объясняя это занятие разрядкой для мозгов.

Алексей Латышев быстро накрыл на стол, разложив продукты на расстеленной газете, и тут же принялся за коктейль, смешав в котелке чистый спирт с родниковой водой. Не дожидаясь, когда вошедшие в реакцию жидкости успокоятся, наполнил на треть металлические кружки.

– Ну, что, Егор Сергеевич, за удачное возвращение с боевых, – предложил тост прапорщик.

– За возвращение, – вторил эхом капитан-лейтенант.

Разведенный спирт неприятно обжег небо и пищевод, но ломтик сочного мясистого лосося в собственном соку мгновенно подавил неприятные ощущения. А попавший в желудок алкоголь разлился по телу приятным теплом.

Ели молча и не спеша, потом Латышев наполнил кружки. Снова выпили.

– Слух по бригаде ходит, что к концу месяца нас вернут домой, – негромко проговорил старшина, старательно отрывая желтовато-серую полоску воблы.

– Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается, – мрачно буркнул Кутягин, трое суток во главе бронеманевренной группы вымотали достаточно сил, душевных и физических.

– Московский начальник приехал с новой задачей для нас? – с набитым ртом спросил Латышев.

– А чего они сюда еще приезжают, – криво усмехнулся боевой пловец. – Придумают себе операцию, сидя жопами в мягких креслах, потом ставят визу у своего начальства и прутся сюда, чтобы мы воплощали в жизнь их фантазии. Получится – готовь грудь к новому ордену, а погон – к очередной звезде. А не получится – что ж, исполнители оказались фуфлыжниками. Наливай, Алексеич.

Старшину дважды просить не пришлось, одним точным движением он поровну наполнил кружки на привычную треть. Подняв свою емкость, Алексей Алексеевич предложил:

– Именно, – кивнул капитан-лейтенант. Чокнувшись, он одним глотком осушил кружку, потом с хрустом впился крепкими зубами в кусок колбасы.

– Так что, предстоит серьезная операция? – Достав из нагрудного кармана пачку сигарет, старшина закурил.

– Предстоит, предстоит, – вновь кивнул Егор. Он вовсе не был расположен к задушевным разговорам, но выпитый алкоголь требовал общения. – Вначале этот кабинетный стратег хотел всю нашу роту бросить, как камикадзе, в горы на душманские позиции. И дело вроде плевое, войти в один горный аул, взять пацана и – назад. А эта крыса кабинетная, стратег, твою мать, еще пыжится: «Мы же вам даем вертолеты, туда-назад, управитесь за пару часов».