Дикие гуси

 — Вместе, за этим самым миллионом!

— Ты что, серьезно? Бывшему зеку предлагаешь такой кусок? За так, что ли?

— Почему за так! За дружбу!

— А бывает она, дружба, с пол-оборота?

— А почему нет? Бывает же любовь с первого взгляда — даже передача есть!

— Без Батона я не пойду! — Шнифт даже головой затряс. — Слишком долго мы знаем друг друга, чтобы так вот запросто расстаться! Хочешь моей дружбы — бери в компанию и Батона!

— Заметано! — Айс крепко стиснул их пятерни — узкую, цепкую Шнифта и лопату-грабарку Батона.

— Совсем недавно кто-то козлом клялся в вечной дружбе! — раздался сбоку обиженный голос.

— Болт, корефан! — ахнул Шнифт, — Тебя-то куда несет? Мы в этом Карабахе уже зубы проели… Кстати, да будет тебе известно: там стреляют!

— Догадываюсь! — буркнул Болт, — Но вы же научите, я думаю, отстреливаться?

— Ты это твердо решил — по трезвянке пока? — спрашивал у него Шнифт, кося вопросительно на Айса. Тот утвердительно кивнул. Так же кивнул и Болт.

— Тогда завтра же сдавай свою хазу внаем по крайней мере на… — Шнифт вновь глянул на Айса.

— …месяц! — твердо окончил тот — Это самый крайний срок! Но предупреждаю сразу: служба наемника — это война!

— С детства мечтал попасть на войну! — сладко потянулся Болт.

— А на поминки не мечтал попасть? Мы для чего вас пригласили? — Юлька гневно таращила на них глаза. — А ну, давайте все за стол!

— А Казарян? — напомнил Айс умащивающемуся одним из первых Шнифту.

— Хрен с ним! — отмахнулся тот, — Тебя мы уже нашли, а другой задачи он перед нами не ставил. Как думаешь, Айс, по закону военного времени выполнили мы приказ или нет?

— На все сто! — Айс припечатал ладонь к его плечу.

— Ну и пошел он кобыле на ухо!..

Где-то через час Айс решительно встал из-за стола.

— Ну, мне пора! Еще кое-какие дела уладить надо!

— Да какие там дела в полночь? — принялись все уговаривать его, но очень слабо.

Он-то видел — пары уже составились: Лина со Шнифтом спорили об искусстве, Юлька начесывала пробор Батону, а Болт со старенькой гитарой напевал Инеске лагерные песни о любви. Проводили его всей компанией до дверей с облегчением, взяв твердое обещание наведаться утром. Он вышел на улицу, прошел чуть наискосок к соседнему скверику и просидел еще час, смоля «Кэмел» одну за другой.

Не было у него никаких срочных дел, все их он переделал только что. А вот проверить столь быстротечно завязавшуюся дружбу не мешало…

В квартире гуляли еще с час. Затем Юлька прижалась к Батону.

— Так вы на войну идете? А ты знаешь, как в древности персиянки провожали воинов — своего ли, чужого ли — все едино? Они дарили им такую любовь, которая запоминалась навечно, до конца жизни — от стрелы, меча или от старости.