Дикие гуси

Позже он получил ориентировку технической разведки о планируемом выходе группы азеров в нейтральную зону. Спешно выдвинул трех снайперов с ночной оптикой, четвертую винтовку снарядил для себя и тоже ушел на позицию, оставив позади пятого солдата в резерве с последней СВД: у нее барахлила оптика — «размывало» изображение.

Около двух часов ночи в зоне огня один из снайперов зафиксировал группу противника и по «Alinco» доложил Айсу. Тот мгновенно скорректировал цели для остальных винтовок и вызвал резерв. После его команды в ночной тишине прогремел залп из четырех винтовок, и четверо азеров упали на землю.

А остальные, отстреливаясь из автоматов, бросились врассыпную по полю, подрываясь на своих же минах.

В грохоте взрывов никто не обратил внимания на одиночный, характерный хлопок СВД с линии армянских постов… Олег Грунский, по кличке Айс, лежал на земле с кровавой раной в затылке, а чьи-то сильные руки оттаскивали его тело подальше от винтовки — чтобы никто не понял, откуда прилетела пуля.

— Ну что, отлетался, русачок? — раздался в темноте злорадный голос.

Через час тело Айса на штабном УАЗе отвезли в морг Степанакерта, а через два — генерал-майор Зиневич лично подписал сообщение его родителям в далекий город Ростов:

«Ваш сын, Олег Николаевич Грунский, пропал без вести при обороне границ Нагорно-Карабахской республики…» — это чтобы не выплачивать посмертную страховку…

Казарян появился в комнате Гарика в измятом костюме, весь какой-то дерганый, с осунувшимся лицом.

— Ты откуда? — встретил его приветствием хозяин виллы.

— С самолета, откуда же еще! — огрызнулся майор.

— А это… Сонька где?

— В Ростове, наверное, — майор взглянул на часы, — вечерние чаи гоняет с родителями этого… Айса! Или телевизор смотрит!

— Что случилось? — подскочил в кресле Гарик.

— Дожила Россия долбаная! — взорвался, наконец, Казарян, выплескивая всю обиду и злость, накопившиеся у него после столь неудачно закончившейся операции. — Если уж пятнадцатилетние соплячки начали ходить здесь по улицам, весело размахивая чемоданчиком с автоматом внутри, то что говорить о взрослых? А русские еще армян за что-то ругают! Нет, но мне оч-чень интересно, где же она могла откопать этот автомат, да еще «Кедр» — дорогую спецназовскую «игрушку»?

— А хрен ее знает, — непонимающе пожал плечами Гарик.

 — Может, спонсора нашла богатенького — подарил, а может, купила на толчке для самозащиты? А может, «крыша» у нее.

— Да какой группировке нужна эта сикушка? — сморщился майор. — Чтобы еще задницу за нее подставлять?

— Ну не скажи! — не сдавался Гарик. — Айс одной такой задолжал двенадцать тысяч баксов.