Дилемма Золушки

Потом рядом завозилась Ирка:

– Ну? Что скажешь? Есть соображения?

– Есть, но поговорим об этом позже. – Я взглядом указала на Носкова, который как раз прикончил свой полдник и за неимением добавки обратил внимание на нас. – И не здесь, а в штабной квартире на Петроградке.

К восемнадцати часам мы не успели, опоздали минут на сорок, и все остальные к нашему приходу уже поужинали. Когда мы наконец явились, Боря допивал чай, Марфинька мыла посуду, а тетушка заматывала в пупырчатую пленку закутанные в полотенце судочки.

– Ну наконец-то! – всплеснула она руками, едва мы сунулись в дверь. – Запеканка остывает, разогреть ее как следует не получится, а вы где-то ходите!

– О, запеканка? – Я потерла руки и тут же пошла их мыть.

– Картофельная с мясом. – Тетушка с грохотом вытянула из духовки противень с оставленными нам порциями.

Кот тут же сунулся в печь, получил по мордасам стеганой прихваткой и неохотно удалился в угол, с откровенной претензией вякая:

– Что ты сказал, неблагодарное животное? Мало мяса в запеканке? – Тетушка привычно вступила в диалог с питомцем. – А ты цены на говядину видел?

– Ах, все так дорожает, это ужас какой-то! – охотно поддержала тему Марфинька. – На днях я хотела купить обычной красной икры, так за маленькую баночку уже нужно выложить почти тысячу рублей, когда такое было?!

– В середине семидесятых красная икра стоила двадцать рублей за килограмм, но в переводе на сегодняшние деньги это почти десять тысяч, так что не надо жаловаться, – окоротила подругу тетушка.

– Да, но тогда икру добывали из свободно плавающих рыб, а теперь – из искусственно выращенных, это большая разница! – уперлась Марфинька.

Пока они дискутировали, мы с Иркой успели сесть за стол и приступить к ужину.

– А сметана, сметана! – спохватилась тетушка, заметив, что мы уминаем запеканку всухомятку.

– Сметана тогда, как сейчас помню, стоила тридцать пять копеек, но это фасованная, в маленькой баночке, а разливная…

– Какая у вас прекрасная память, Марфа Ивановна! – похвалила я, и Ирка поперхнулась запеканкой, а Боря – чаем. – Наверняка же вы не забыли, что обещали съездить в театр к художнику?

– И не забыла, и съездила, и готова доложить о результатах. – Марфинька быстро стянула резиновые перчатки, в которых мыла посуду, вышла в центр свободного пространства между столом и окном и, встав под ламбрекеном, как под сенью кулис, замерла, дожидаясь общего внимания.

Тетушка на всех зашикала, спешно бахнула на стол баночку со сметаной, села и свела ладошки:

Мы с Иркой замерли с вилками в руках, Боря – с кружкой.

– Ма, – с нескрываемым сарказмом молвил кот, но тоже запрыгнул на свободный стул и замер.