Долгие раздумья

Обещаю, что ты тоже заплатишь, если еще хоть раз затронешь эту тему!

Голос его звучал угрожающе. Хилари, осознав, что зашла чересчур далеко, быстро ретировалась за свой столик. Ее подруги сидели с неестественно прямыми спинами и старательно делали вид, что ничего не видели. Слава Богу, до них не долетел диалог матери и сына, но и увиденного вполне достаточно, чтобы сделать вывод: не все спокойно в семье Дебнем.

Дикси могла видеть, слышать, даже думать. Но тело не слушалось ее. Она словно окаменела снаружи и замерзла внутри.

— Дикси! — позвал Феликс и осекся. Она подняла на него глаза и медленно принялась разглядывать черты такого, как прежде ей казалось, знакомого лица. Глаза. Те же глаза, что и у Максимилиана, что и у ее сестер. Подбородок. Теперь Дикси знала, почему в присутствии Феликса имя Максимилиана слетало у нее с языка чаще, чем ей бы хотелось.

— Дикси! — снова позвал он, напряженно вглядываясь в ее лицо.

Она сидела очень прямо, высоко вскинув голову.

Слишком много боли вокруг. Слишком много. Слишком. Но, если сидеть вот так, тихонечко, если замереть и не смотреть никому в глаза, если собраться и сконцентрироваться, можно ведь не пустить боль внутрь. Ничего не пустить в сознание. Даже голос Феликса. Если сконцентрироваться.

Дикси делала так в детстве за столом отца. Не настоящего отца. Отца Феликса.

Смешно: мать хотела родить Максимилиану мальчика! — думала Дикси. А в этом и нужды не было. Потому что мальчик уже родился. Родился маленький Феликс. Голубоглазый, как отец. Настоящий отец. Отец Феликса. Максимилиан — отец Феликса, не мой отец. Не настоящий отец… А должен был родиться мальчик. А родилась я. Меня никто не любил, потому что я родилась девочкой. А Феликс был мальчиком. Сыном Максимилиана… Интересно, мама знает?

Скажи Феликс Максимилиану, что он его сын… Зачем жениться на кукушонке из гнезда Харленд? Ему и так все полагается по закону… Незаконному сыну…

Бриллиант на пальце вспыхивал отраженным светом. Наблюдая, как сыплются с пальца искры, Дикси рассеянно думала: это обручальное кольцо. Первое, что подарил мне Феликс. Он мог жениться только на мне. И больше ни на ком…

Невеста по его выбору… Что может быть ужаснее такой лжи? Я же оказалась его единственным шансом! Феликс получил все, что хотел…

И любовь ни при чем…

Феликс больно сжал ее руку, пытаясь вывести Дикси из сомнамбулического состояния.

— Поехали домой, Дикси!

Домой так домой, равнодушно подумала Дикси. Пусть уводит это тело, этот инкубатор для вызревания его планов. Пусть ведет домой, пусть заботливо укладывает в постель…

Мир для Дикси в одночасье рухнул, свет померк. Она вновь была одинока, как в детстве.