Долгожданный любовник

Все, на что был способен Куин — это смотреть на кольцо, видеть крест, ощущать тяжесть на своем пальце, наблюдать за тем, как отражается от драгоценного металла свет.

Казалось, он мечтал о таком кольце всю свою жизнь.

И знаете что… по обыкновению, Блэй оказался тем, кто исполнил его желание.

Когда из горла Куина вырвались рыдания, он почувствовал, как его прижали к широкой, мощной груди, а сильные руки обняли его и удерживали в таком положении. А затем, прямо из ниоткуда повеяло темными специями, ароматом — связующим запахом Блэя — самым прекрасным ароматом, который когда-либо ощущал Куин.

— Я горжусь тобой, и люблю тебя, — снова повторил Блэй, таким старым и хорошо знакомым голосом, пробивавшемся сквозь все те годы отвержения и осуждения, протягивая ему не только спасительный канат, но и руку из плоти и крови, выведшую его из мрака его прошлого…

В будущее, не требующее лжи и оправданий, потому что в том, кем он был, и в том, кем были они, имелось что-то необыкновенное… и ничего обычного.

В конце концов, любовь всеобъемлющая.

Куин крепко сжал руку в кулак и понял, что никогда-никогда не снимет это кольцо.

— Навсегда, — пробормотал Блэй. — Потому что семья относится к подобному роду вещей.

Господи Иисусе, Куин рыдал как девчонка. Но Блэй, казалось, ни в малейшей степени не возражал… и не осуждал его.

И эта была точка, ведь так.

— Навсегда, — хрипло отозвался Куин. — Навсегда…

После того дня, жизнь стала просто аху… сказочной.

— Ну как, тебе прошлая ночь?

От шепота Куина на ухо, Блэй блаженно закатил в полумраке глаза.

— А сам как думаешь.

Под теплыми, пышными одеялами обнаженное тело Куина крепко прижималось к нему сзади, их руки и ноги были переплетены.

Оказалось, Куин любил «обнимашки». Кто бы мог подумать… и как классно-то.

— Думаю, тебе понравилось. — Куин вылизывал дорожку вверх по горлу Блэя. — Скажи, тебе ведь понравилось.

Вместо ответа, Блэй прогнулся в спине и поерзал задницей по напряженному члену другого мужчины. Раздавшийся в ответ стон, заставил Блэя радостно улыбнуться.

— Звучит так, будто ты к этому пристрастился, — прошептал Блэй.

— Бля, что есть, то есть.

В предыдущую ночь они оба были свободны от патрулирования и после тренировки в зале и игры в бильярд против Лэсситера и Бет… которую они, кстати, просрали… Блэй предложил заскочить в «Железную Маску» по очень специфичной причине.

Пока он вспоминал о произошедшем уже после того, как вернулись сюда, член Куина пристроился к месту, где был так нужен… и Блэй снова поддался навстречу восхитительному проникновению и установленному Куином, медленному, скользящему ритму.

И Блэй приступил к делу.