Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

И раз уж барышня Сун до сих пор прозрачна, как лед, и чиста, как яшма[159.2], а я своим поганым ртом необоснованно позорю честное имя девушки, значит, на ее запястье до сих пор должна была сохраниться печать, нанесенная киноварью.

Выдержав театральную паузу, он ехидно взглянул на дрожащую, как лист на ветру, побелевшую от страха Сун Цютун, и с легким смешком продолжил:

— Барышня Сун, раз ты утверждаешь, что все еще чиста и непорочна, что мешает тебе предъявить нам доказательство своей невинности?

Обескураженный Наньгун Сы оглянулся на Сун Цютун и сказал:

— Ничего страшного, просто покажи им ее, пусть все увидят и…

И потрясенно замолк, увидев, что губы Сун Цютун совсем потеряли цвет, лицо стало белее листа бумаги, зубы стучали, а тело била дрожь.

Наконец, все еще не понимая, что происходит, он удивленно спросил:

— Что с тобой… Что случилось?

Сун Цютун отпустила руку Наньгун Сы и отступила на шаг. Вцепившись в собственный рукав, заливаясь слезами, девушка затрясла головой:

— Нет… ни за что…

Наньгун Сы в шоке уставился на нее. Все выглядело так, словно он уже понял, что произошло, и теперь не мог выдавить из себя ни слова.

Продолжая холодно усмехаться, человек в черном с притворным участием спросил:

— Что такое? Не можешь?

— Нет, все не так… это ошибка… я тоже не знаю, как… — силы покинули Сун Цютун, и она, рыдая в три ручья, обессиленно опустилась на пол. — Я не знаю… Я тоже не знаю… умоляю… пощадите меня…

Она плотно прижимала рукав к руке так, что под ним ничего нельзя было рассмотреть, но такое поведение говорило само за себя, и все свидетели этой сцены уже поняли, что слова человека в черном правдивы, и шоугунши на ее запястье больше нет.

Она была девственной невестой, до свадьбы не делившей ложе со своим будущим мужем, но киноварный девственный замок на ее руке исчез.

Прыгнув в реку Хуанхэ, от грязи не отмыться[159.3], и теперь девушке было сложно оправдаться.

Человек в черном как раз хотел что-то добавить, как вдруг в тишине раздался ясный и холодный голос, привлекая всеобщее внимание к прямой и стройной фигуре поднявшегося с места Чу Ваньнина:

— Киноварная печать на запястье барышни Сун была на месте еще несколько дней назад.

Это противоречит твоим словами о ее давней порочной связи с господином Е. Боюсь, что ты намеренно замыслил погубить их.

Неизвестно почему, но стоило человеку в черном услышать этот голос, и на него словно напала немота. Кроме того, стоило ему резко обернуться к Чу Ваньнину, и его подавляющая властная аура вмиг растаяла как дым:

— …

После длинной паузы человек в черном только тихо вздохнул.

Свидетели всего, что случилось в этом зале, не поверили своим ушам.