Друг моего парня

Общий бизнес, общие интересы… До твоего появления – и общий дом.

Я язвительно хмыкнула:

– Девушки тоже общие?

Оуэн, по-прежнему не поднимая на меня глаз, кивнул:

– Иногда. Черт, даже нет – довольно часто. А вот любовь мы с ним разделили впервые.

Он, наконец, поднял на меня глаза, и я поразилась той боли, что увидела в них:

– Синтия, я люблю тебя, и ты это знаешь. Но и Джаред в тебя влюблен. Нам казалось, что и он тебе небезразличен.

Его слова больно укололи меня. Особенно потому, что подозрительно напоминали правду. Но такую правду, мириться с которой я не была готова.

Медленно я покачала головой:

– Это все неправильно. Так… Так никто не делает! Я не могу!

Подхватив сумочку со столика, я бросилась к двери. Оуэн что-то крикнул мне вслед, но я уже не слышала. Просто ничего не хотела слышать. Мне нужно было побыть наедине с собой, успокоиться…

Как обычно, когда меня мучили душевные терзания, лучше всего помогали чашечка кофе и вкусный десерт. А если при этом вокруг не было назойливой толпы людей – это вообще идеально! Я отправилась в кафе, спрятавшееся в глубине густого парка. Знали о нем немногие, и совершенно зря: и кофе, и десерты здесь были лучшими в городе.

В кафе меня уже знали. Я присела за барную стойку. Высокий смуглый бармен приветливо мне кивнул:

– Добрый день, Синтия. Вам как обычно?

Я улыбнулась ему, кивая в ответ, и он включил кофеварку, одновременно отдавая распоряжение официанту. Вскоре заказ уже стоял передо мной. Бармен, заметив, что я не в настроении разговаривать с ним, отошел к другому концу стойки. А я, лениво ковыряя ложечкой воздушную сладкую смесь, погрузилась в свои мысли.

В чем-то Оуэн был прав. Наверное, это и уязвило меня сильнее всего.

Мне действительно небезразличен Джаред. Больше того: я уже не раз ловила себя на том, что думала о том, каково это, оказаться с ним в постели… Ну что же, ответ на этот вопрос я получила. И самое странное, что мне это… понравилось. Черт возьми, мне это безумно понравилось!

Когда я сегодня утром пришла в гостиную и узнала, что он уже уехал – испытала облегчение. Не нужно смотреть еще и ему в глаза после того, что случилось. Но разве к облегчению не примешивалось еще и разочарование? Какая-то часть меня хотела его увидеть… И хотела повторить наше ночное безумие.

Бармен отложил полотенце, которым протирал стаканы, и подошел ко мне:

– Синтия, вам принести что-то еще?

Опустив глаза вниз, я увидела, что уже давно постукиваю ложечкой по пустому блюдцу. Да и кофе закончился.

– Нет, спасибо. Рассчитайте меня, пожалуйста!

Конечно, хорошо сидеть здесь, предаваясь самокопанию. Но домой возвращаться придется. Пусть даже для того, чтобы собрать чемоданы.

Но, когда я ставила машину на подземную парковку, мысли о побеге от Оуэна уже не посещали меня.