Два семестра волшебства (СИ)

И у них на столе не по бокалу коктейля, а прямо пузатая бутылка, и её опустошили уже наполовину, кажется.

— Иди сама знакомься, — отмахнулась Айлинн.

Кажется, Эмбер уже была готова так и поступить, но внезапно к интересному им столику подошла незнакомая темноволосая девушка.

— Привет, Ирвин! — заверещала она на весь зал. — А-а-а, как круто, что мы встретились!

Бакстон мгновенно оказался на ногах, и девушка повисла у него на шее, и он закружил её, и усадил рядом, и о чём-то они там заговорили.

— Ну что, ты ещё хочешь знакомиться с Бакстоном? — рассмеялась Кэти.

— Чёрт, наверное, не сегодня, — вздохнула раздосадованная Эмбер.

Айлинн тоже вздохнула. Почему-то ей было неприятно смотреть на эту парочку.

Неприятно — значит, не смотри. Смотри в свой бокал и на девчонок, да?

Ирвин хотел, чтоб большая толпа, чтобы пить, бузить, орать и потом отрубиться, и поутру ничего не помнить. Но увы, большой толпы нигде не собиралось, а нашёлся только братик Джонатан, и он предложил пойти в почти цивильного «Сноба». Конечно, там бывают чаще маги, чем нет, но всё равно не вполне та компания, какая нужна.

Правда, Джонатан притащил с собой Рона, и то хлеб.

С Роном Ирвин учился в школе. Но после школы тот отказался идти в Академию, хотя способностей и магических сил хватало, окончил магический колледж и потом ещё университет по айти-специальности, и сейчас работал на папеньку, лорда Бакстона. Ирвин никогда не вдавался в детали — для чего члену верхней палаты парламента свой крутой айтишник, но так-то в семейном владении было и некоторое производство, которое маменькино приданое, и наверное, для чего-то всё это нужно.

Ирвин собирался служить, если не служить, то бороться с нежитью и всяким подобным, и не собирался становиться лордом Бакстоном в ближайшие лет сорок. Поэтому — пускай оно там как-нибудь само.

И раз уж не вышло пойти во все тяжкие, то значит — нужно с кем-то перетереть его нынешнюю жизнь.

Рон годился для такого дела отлично — потому что знает Ирвина, как облупленного, и ещё потому, что не станет без дела осуждать.

Джонатан годился… ну так, условно, всё же он младше на целых четыре года. Он честно окончил свою менталистику в Академии, так же честно двинул в магистратуру, и столь же честно вникает в родительские дела — и в политику, он деятель молодёжного крыла отцовской магической партии, и в экономику, он что-то понимает в маменькиной добыче угля.