Два зайца, три сосны

Неужто он и впрямь изменился? Или так любит меня? Почему-то хотелось в это верить… Сочетаться законным браком я категорически отказалась, но мы решили попробовать жить вместе и даже устроить что-то вроде свадебной вечеринки и уехать потом в свадебное путешествие. И он принял мои условия! Гошка и Владимир Александрович были от него без ума. Сказать, что я осталась в уме, тоже нельзя, хотя иной раз сомнения меня посещали. Главным моим условием было одно: никаких перемен в жизни, пока не допишу книгу. А учитывая то, что я совершенно выбилась из колеи, мне на это понадобится около двух месяцев. Он, конечно, уговаривал сразу переехать к нему, работать летом в загородном доме лучше, но я отказалась наотрез. Потом, все потом! Но как ни странно, перспектива такого не узаконенного брака меня почему-то радовала и забавляла. Мне казалось, если он обидит меня, что более чем реально, обида будет тоже словно незаконной, понарошку.

Брак понарошку, кстати недурное название для книги. Нет, ерунда! Брак понарошку это просто фиктивный брак, только звучит игривее. Но так или иначе, а в Москву я вернулась в весьма приподнятом настроении. И первым делом решила прослушать автоответчик. Звонки были в основном деловые, один звонок от придурочной поклонницы «Госпожа Миклашевская, вы уж который день не отвечаете на мои звонки, видно, поставили телефон с определителем! Некрасиво так зазнаваться! Я вас любила, а вы…»

Слава Богу! Но неужели человек не может предположить, что я уехала? А впрочем, бог с ней, она явно не в себе. Звонок из одной телеструктуры, где хотят экранизировать мой последний роман, и вдруг: «Олеся, это Розен. Когда вернетесь, позвоните мне. Очень вас прошу!» Я вздрогнула. Голос звучал хрипловато, взволнованно. Что ему еще от меня понадобилось?

Звонить Розе я не буду, а вот Лерке позвоню сейчас же. Я сбросила туфли и забралась с ногами в кресло.

— Олеська! Приехала! Ну наконец-то? Олеська, это правда?

— Что ты за Миклашевича выходишь?

— Господи, откуда дровишки?

— Гришке сказал Толик.

— А Толик откуда взял?

— Какая разница, главное, это правда?

— Правда, но только отчасти.

— Лер, давай лучше повидаемся, все обсудим, но сперва я должна поговорить с мамой, объявить ей, что Гошка останется с дедом. После этого приятно будет посидеть где-то с подругой и поболтать о любви.

— Олеська, опять? — трагическим тоном воскликнула Лерка.

— Ты даже вообразить себе не можешь, как он изменился!

— Нет, правда, ладно бы Гошка, но Владимир Александрович тоже от него без ума! Ладно, Лер, где И когда?

— Может, ко мне подвалишь?

— Да нет, давай поужинаем где-нибудь.

— Тогда на свежем воздухе, в «Клубе птицы и рыбы», пойдет?

— Отлично! Тогда в семь часов. Я сейчас приму душ и двину к маме.

Мама встретила меня мрачно.