Хулиган

– Животное… – прохрипела, выдавливая большую порцию яблочного геля на ладошку. – Он даже не удосужился дойти до дивана… – провела кончиками пальцев по ключицам, случайно задев нежную ареолу. – Прямо в коридоре, как будто я какая-то… – сжала затвердевший сосок. – Как же низко и грязно… – обвела затвердевшую горошинку, ощутив уже привычное напряжение в животе.

Господи!

Рука сама собой скользнула ниже. Тихо всхлипнула, задев пальцами наэлектризованные складки. Так мокро! И дело не только в струящихся по телу обжигающих каплях. В паху все вибрировало от нереализованного желания.

До чего же гадкий… Мерзкий тип. Но…

Ноги чуть не подкосились, когда я плавно провела у себя там. Закусила губу, вспоминая точеные кубики пресса, выступающие из-под гладкой кожи, и его солоновато-терпкий мужской запах, затопивший ноздри. Измайлов так правильно пах. Чертовски хорошо. Даже слишком. От осознания этого я злилась на себя еще сильнее.

– Дура… – всхлипнула, сжав изнывающий сосок, твердый, как камешек.

Он унизил, растоптал… А я… еле ощутимо порхала по напряженным лепесткам, не решаясь прикоснуться к самому сокровенному месту.

Да что ж такое! Наваждение… Какое-то болючее неконтролируемое чувство разносилось с током крови…"

"Ноги и руки мелко подрагивали, отдаваясь сладкими спазмами в низ живота. Меня штормило. В промежность словно меда налили. Закусила губу, стараясь прогнать эти дьявольские мысли, образы, воспоминания… И его порочный запах. Дикий и колдовской. От которого голова до сих пор шла кругом, а клитор увеличился и набух.

Казалось, стоит только прикоснуться к припухшему холмику, и мои ноги откажут.

Так же, как и голова, которая, судя по всему, давно перестала соображать, раз я, как голодная кошка, кусала пересохшие губы, довольствуясь грязными фантазиями с участием этого монстра…

Нет, Катя, нет…

Зажмурилась, отведя бедра назад, и стиснула упругую кожу внизу живота, стараясь избавиться от агонии, загасить эти аномальные реакции тела…

– Катюша.

Резко развернулась, врезаясь в обнаженную мужскую грудь, разукрашенную витиеватыми узорами. От шока я дернула рукой, свалив со стеклянной полки все бутылочки. Я смотрела на него и не дышала.

Набрала полные легкие воздуха, но так и не смогла сделать вдох.

– Я всего лишь прилег отдохнуть на твоем диванчике. Кажется, мое появление как нельзя кстати? – ухмыльнулся, бесстыдно поедая мое обнаженное тело глазами.

– Ты… ты… – я начала задыхаться, потому что Алик склонился надо мной, притягивая к себе за бедра.

Воздух в душевой кабине загустел, сделавшись тяжелым и липким, как и его взгляд, блуждающий по бледно-розовым ореолам моей налитой возбуждением груди.