Дверь на двушку

И от этого дробления веяло покоем.

Шныры жадно смотрели. Дом был кирпично-монолитным. Девять этажей. По форме не коробка, а восьмиугольник, усложненный выступами балконов. Кирпич красно-рыжий, местами выкрошившийся и пробитый изнутри, словно в доме временами оживало чудовище. Одна из железобетонных секций была вывернута, с нездешней силой изогнута и торчала наружу как причудливый цветок.

– Как вам дом? Впечатляет? – спросил Боброк.

– Это ти… типовой дом! У м-меня бабушка в таком ж-ж-ж… живет! – заикнулся Макс.

Боброк сквозь выпуклые стекла очков посмотрел на Макса:

– Значит, ты представляешь расположение лестниц, лифтов и квартир.

Это хорошо. И кстати, если ты действительно встретишь здесь свою бабушку, не удивляйся.

– Я ее з-з-з… застрелю! – угрюмо пообещал Макс.

– Кого? – вежливо спросил Боброк.

– Б-бабушку. Потому что я з-знаю, что она не моя б-б-б…

– А вот стрелять не надо! – строго сказал Боброк. – Там такая чертовщина творится, что мы друг друга перебьем. Тем, кого ты примешь за бабушку, вполне могу оказаться я. Или вот она… – он показал на Лиану.

– А можно спросить, почему на меня показали? – мягко поинтересовалась Лиана. – Здесь же много народу: почему именно на меня? Я что, похожа на чью-то бабушку?

Боброк неосторожно сделал полшага вперед. Земля под его тростью раскрошилась. Потеряв равновесие, он качнулся, но Коря с Никитой, следившие за каждым его движением, подхватили его под руки. Обретя новую опору, Боброк поспешил надежно установить трость и костыль-копье.

– Грозен я, нечего сказать! Чтобы меня теперь испугаться – надо очень правильно ко мне подойти! Прям как начинающий боксер говорит противнику: «Ты встань вот тут, зажмурься и жди!» – И он расхохотался.

Однако Рина заметила, что ни Роме, ни Коре, ни Никите шутка Боброка не понравилась. Боброк переставил трость, быстро выбросил вперед копье и с неожиданной резвостью передвинулся вперед. Потом опять передвинул трость и копье – и оказался уже на взрытой земле.

– Держимся за мной! Идем не к дому, а вон туда… к бывшей караулке! Идем цепочкой, держим дистанцию! – подняв костыль, Боброк указал на приземистое одноэтажное здание, соседствующее с многоэтажкой, и решительно захромал вниз с холма.

Выглядело это так: отрывается трость – и тело, лишенное опоры, начинает падать. Пока оно падает, Боброк тростью успевает нашарить новую опору, перетаскивает ту ногу, что более-менее служит, перебрасывает вперед костыль – и вот он уже на метр впереди. Коря и Никита не помогали сейчас своему командиру. Вместе с Ромой они внимательно следили, чтобы шныры «не слипались» и держали дистанцию.