Движение к цели

— Ты, сучара, готовь бабки! Заплатишь до последней копейки!

— Да ты чё?! А ты не боишься, что я тебя заставлю платить, за то что твой урод одноногий хотел сделать? Ты пасть свою прикрой да мозгами пошевели, если они у тебя имеются.

— А ну повтори! — рычит он, подступая ближе и с силой бьёт пальцем мне в грудь. — Ты, пи*орок, пробитый, повтори!

— Ох, ты лишку хватил сейчас. Учат же вас в вашей блатной среде следить за словами. Ты и этого понять не в силах. Палец убери.

— Повтори, я сказал! — продолжает он бить пальцем мне в грудь.

Вот осёл, честное слово. Что именно он хочет, чтобы я повторил?

— Палец убери, последний раз говорю.

— Повтори, петух! — наседает Рыжий идиот.

— Крутой блатарь на «Москвичонке» похож на чухана, — говорю я с улыбкой, осознавая, что она, улыбка эта, выходит злой.

В тот же момент я хватаю его палец и с хрустом выламываю. Рыжий набирает воздух, чтобы заорать, но тут же я бью головой ему в нос и крик захлёбывается. Эх буйна моя головушка, досталось тебе сегодня. Так никаких мозгов не хватит.

— Теперь ты повтори, сука, — говорю я и основанием ладони бью ему в ухо, отправляя в сугроб.

После этого я поворачиваюсь к Кахе и пожимаю плечами. Внешне я совершенно спокоен, но адреналинчик в моём молодом теле так и плещет.

— Андрей, ты же сам видел, я этого не хотел, — объясняю я, для убедительности касаясь ладонью сердца. — Но твой друг начал меня оскорблять. Что мне было делать? По вашим блатным законам он неправильно себя повёл. Мне на ваши понятия насрать, но когда меня достают, я отвечаю. Ты же знаешь. Почему ты его не предупредил? Он думал, что такой взрослый и охрененно крутой на своей колымаге? Пипец просто.

— Да-да, — отвечает Каха, тоже внешне никак не проявляя эмоций. — Конечно он не прав, я подтверждаю.

— Но ты ведь и сам неправ, — развожу я руками. — Это же ты всё затеял.

— Я… нет, — машет он головой.

— Да прекрати ты, думаешь я не знаю, что ты Джаге сказал, будто я его обзывал плохими словами? Очень плохими. И батя его долбанутый поверил. А ты и рад радёхонек, да? Ну и кто бы тебя научил ставки принимать, если бы он меня грохнул сегодня? Чё ты молчишь? Мы же руки с тобой жали.

— Это до того ещё было.

— До того, — с чувством повторяю я. — Ты чирик мне простить не можешь, что я тебе не отдал? Так что ли? Так я тебе вон идею какую дал, место тебе дал, научил всему и нигде не хвастался, что это всё благодаря мне. И ни одному человеку не сообщил, что тебя отмудохал. А ты чем платишь. Ты войны хочешь? Я вот не хочу. Но уклоняться не буду. Ты думаешь, я буду с тобой и дальше, как «крепкий орешек» в одиночку биться? Не буду. Я на тебя ментов натравлю и ОБХСС. Не шучу. Есть у меня на привязи такие. И в ЦК на батю твоего стуканут. Ты хочешь? Сын, скажут позорит отца. Он тебя за это возненавидит.