Джек Ричер, или Враг

Очевидно, мы начнем формировать мобильные объединенные части. Но если кто-то думает, что речь пойдет о пехотных частях, которым придадут легкую технику, то он серьезно ошибается. Будет реализована совершенно новая концепция. Мы получим части, каких не существовало прежде. Может быть, в них будут входить также боевые вертолеты, и мы передадим командование парням в небесах. Может быть, предстоит электронная война и главными станут парни с компьютерами.

Он положил ладонь на папку.

– Моя точка зрения такова: в результате изменений пострадают все. Да, бронетанковые войска в некотором смысле будут уничтожены. Тут нет ни малейших сомнений. Но такие же процессы произойдут с пехотой и артиллерией, транспортом и перевозками, да и со всеми остальными. Конечно, кто-то пострадает больше. В том числе военная полиция. Все должно измениться, майор. Все камни будут перевернуты.

– Нет, это не бронетанковые войска против пехоты, – продолжал он. – Вы должны это понять. Такой подход является слишком упрощенным. На самом деле все против всех. Боюсь, что победителей не будет. Однако не будет и проигравших. Вы можете смотреть на проблему именно с такой точки зрения. Мы все в одной лодке.

Начальник штаба убрал руку с папки.

– А в чем состоит моя вторая ошибка? – спросил я.

– Это я перевел вас из Панамы, – сказал он. – Я, а не мой заместитель. Он ничего об этом не знает. Я лично выбрал двадцать человек и перевел их туда, где они были больше всего нужны. Я распределил их по разным местам, поскольку не знал, с какой стороны ждать первой реакции. Легкие части или тяжелые? Предсказать было невозможно. Как только их командиры начнут думать, они сообразят, что могут потерять все. К примеру, вас я отправил в Форт-Бэрд, поскольку меня немного тревожил Дэвид Брубейкер. Он был очень активным человеком.

– Однако первый шаг сделали бронетанковые войска? – спросил я.

– Судя по всему. Если вы так утверждаете. Я всегда считал, что шансов было поровну. Признаюсь, я немного разочарован. Это были мои парни. Однако я не намерен их прикрывать. Я двигался вперед и вверх. Они остались позади. И я не стану мешать фишки, которые уже легли.

– Тогда почему вы перевели Гарбера?

– Я его не переводил.

– Кто же это сделал?

– А кто стоит выше меня?

– Никто, – ответил я.

– Хотелось бы мне, чтобы это было так.

– Сколько стоит винтовка «М-16»? – спросил он.

– Не знаю, – ответил я. – Думаю, не очень много.

– Мы получаем их по четыреста долларов, – сказал он. – А сколько стоит танк «Абрамс-М1А1»?

– Около четырех миллионов.

– А теперь подумайте о крупных оборонных подрядчиках, – продолжал он. – На чьей они стороне? На стороне легких частей или тяжелых?

Я не стал отвечать – очевидно, вопрос был риторическим.