Княжна Разумовская. Спасти Императора

— она печально покачала головой. — Если бы я была с тобой более приветлива... если бы не выговаривала за давно случившееся... может, ты пришла бы со своей бедой ко мне. И ничего из этого не случилось.

— Если кто и виноват, так это Серж!

— И перед ним я тоже виновата... и я, и Алексей. Как я буду смотреть в глаза вашей бедной матери, когда Господь приберет меня к себе?..

Поколебавшись, я осторожно обняла ее за плечи и чуть сжала. Видно, посещение дворца оставило на тетушке неизгладимый отпечаток. В особняк вернулась словно совсем иная женщина. Надломленная, уставшая.

Чувствующая себя бесконечно виноватой. Мне было ее искренне жаль.

А вторую половину моего сердца рвала на части ненависть, захлестнувшая меня, когда я произнесла имя брата вслух. Сколько горя он причинил всем нам! Вот уж кто действительно был виноват во всем, и никакое жесткое воспитание не могло его оправдать!

— Сегодня меня забрали на допрос к обер-полицмейстеру, — заговорила я, но Кира Кирилловна перебила меня легким кивком головы.

— Я знаю, Варвара. Генерал-адъютант Альбединский был так любезен, что поделился со мной подробностями, пока развлекал меня беседой в коридорах дворца.

По ее холодной усмешке я поняла, что те беседы нельзя было назвать приятными.

— Но откуда такие подробности были известны ему?..

— Это осиное гнездо, Варвара, — тетушка философски пожала плечами. — Когда фигура твоего отца исчезла с шахматной доски, стервятники сцепились. Каждый хочет занять его место.

— Но отец еще жив! Нет причин утверждать обратное...

— Да, но даже если он вернется живым, после всего произошедшего Государь снимет его с должности. Сама посуди: как он может быть Генерал-губернатором, когда у него под носом.

.. — она сделала паузу, мучительно подбирая приличные слова, — когда у него под носом вырос Серж.

О чем-то таком я и сама подозревала.

— Твой жених для них тоже как бельмо на глазу. Молодых да дерзких мало кто любит. А сейчас момент такой подходящий — лучше и не сыскать. Покровитель Георгия в опале, его будущий тесть похищен, beau-frère (brother-in-law, шурин) — террорист.

— Покровитель?.. — переспросила я, нахмурившись.

— Начальник штаба корпуса жандармов, граф Меренберг, — пояснила Кира Кирилловна. — Тоже у себя под носом упустил заговорщиков.

Мы давно уже дошли до дверей в ее комнаты и теперь говорили в коридоре, а чуть в стороне от нас камеристка и горничная тетушки терпеливо дожидались, пока мы закончим.

— Ну, довольно болтать, — Кира Кирилловна покосилась на прислугу. — Тебе тоже следует переодеться к ужину.

Пред. часть

123

Вперед

Глава 32

В тот вечер, плавно перетекший в ночь, князь Хованский покинул наш особняк, уже когда на небе разгорелись яркие звезды и круглая луна поднялась над крышами старинных домов.