Княжна Разумовская. Спасти Императора

— Мне нужно домой, — выдохнула я и кое-как спустила ноги в чулках на пол.

Стоило мне сесть, как тут же закружилась голова. Я вцепилась в гладкую обивку изо всех сил, удерживая себя в вертикальном положении.

Мельком посмотрела на содранные ладони: почти весь удар приняли на себя перчатки. Правый рукав платья был разорван и чуть заляпан кровью. На видневшейся коже были длинные ссадины.

— Доктор предложил их обработать, — князь Хованский прокашлялся и заговорил, решив объясниться, чем немало меня удивил. — Но я не счел возможным. Такие вещи... лучше оставить на попечение графини Пален.

— Благодарю вас, князь, — вполне искренне пробормотала я.

Все же он привез меня в свой дом. Вызвал врача.

— Что вы там делали, Варвара? — а вот теперь вся сердечность из его голоса улетучилась.

Лицо приобрело хищное выражение; взгляд стал цепким, пристальным.

— Где? — я наивно поморгала.

— Там, где вас сбила лошадь.

— А вы? — собрав в кулак все силы, я подняла голову и, борясь с головокружением и тошнотой, посмотрела ему в глаза. — Что там делали вы, князь?

Глава 15. — А вы? — собрав в кулак все силы, я подняла голову и, борясь с головокружением и тошнотой, посмотрела ему в глаза. — Что там делали вы, князь?

Мой жених тонко усмехнулся и скрестил на груди руки. Я поняла, что ответа от него не услышу. Что же. Как и он от меня!

— Вы как дитя отвечаете вопросом на вопрос, Варвара, — протянул князь Хованский скучающим, равнодушным голосом.

Но вот его глаза говорили совсем о другом. Я видела в них тщательно спрятанное раздражение. Искорки злости.

— А я и есть младенец. Или забыли, князь? — я насмешливо улыбнулась ему, припомнив ту фразу в салоне Долли.

И впервые смогла стереть с его лица это спесивое выражение. Жених нахмурился, уставшим движением растер глаза и виски. Когда он снова посмотрел на меня, от мрачного, пронзительного взгляда мне захотелось поежиться, но я себя сдержала. Вот уж нет! Я не стану показывать этому человеку свою слабость и страх.

— Мне нужно домой. Родные, верно, волнуются, — я попробовала опереться на ладони и привстать, но с шумным стоном разочарования опустилась обратно на дивана.

В теле была страшная слабость. Головокружение и тошнота не проходили.

— Я послал записку вашему отцу на службу. Но он отбыл в другое место. Куда именно — не велел сообщать. Я как раз намеревался отправить человека на розыски вашего брата, но тут доктор сказал, что вы пришли в себя.

Холодный пот прошиб меня с головы до ног. Я вскинула голову и тут же об этом пожалела. Лишь добавила себе ненужной боли.

— Искать моего брата нет нужды. Я могу добраться домой сама, — сказала я поспешно."

"Я очень хотела вернуться домой в тайне от отца. Но еще сильнее я хотела бы скрыть произошедшее от Сержа.