Елена Троянская

Мы приняли ее, признали ее брак с троянским царевичем. Что теперь произойдет? Вот и все, очень простой вопрос.

— Боюсь, ответ может оказаться не столь простым. Что, если оракул…

— Добейся прямого ответа! Продолжай вопрошать, пока не получишь его! Не позволяй прятаться за двусмысленностями!

— Великий царь, дозволено ли мне высказать свое мнение?

Вперед выступил невысокий человечек; остатки волос на его голове сохранили черный цвет.

— Да, слушаем тебя, Пандар.

— Как брат Калхаса, я понимаю, сколь сложную задачу ты задаешь ему. Ты хочешь, чтобы он переплыл моря, пересек сушу, добрался до оракула и вернулся назад, не попав в руки греков.

Ты представляешь…

— Да, я представляю! Он прорицатель! Если он не поможет нам, то чего он стоит? — воскликнул Приам, оглядывая присутствующих. — Пусть берут слово только те, кому есть что сказать по существу! Уже поздно, мое терпение на исходе.

К Приаму приблизился изящно одетый человек. Его немолодое лицо было красиво, серебристо-седые волосы пышны.

— На мой взгляд, великий царь, в этой поездке нет необходимости.

Зачем отправлять Калхаса в опасное путешествие? Мы и так знаем ответ. Просто он нам не по нраву, поэтому мы надеемся получить другой. Но пифия, жрица Аполлона, снова скажет то же самое: Елена должна вернуться в Грецию, а то не миновать беды.

— Антенор, — ответил Приам, — я не ставлю под сомнение твою мудрость. Твои слова всегда просты и понятны. Но все ли обстоятельства мы учитываем? Возможно, есть силы, о которых мы не ведаем. Поэтому нужно спросить совета у богов. Это случай незаурядный, его нельзя охватить одним здравым смыслом.

— Я думаю, великий царь, что в любом случае нельзя пренебрегать здравым смыслом. Когда им пренебрегают, тогда происходит трагедия. Мы слишком настойчиво доискиваемся исключений из правил и скрытого смысла. Правда же состоит в том, что греческую царицу привезли в Трою. Греки — вздорный, воинственный народ. Мы знаем, что Агамемнон много лет ведет разговоры о войне и запасается оружием. Чтобы напасть на нас, грекам не нужна серьезная причина. Когда хотят воевать, сгодится любой предлог. Вот почему я говорю: нужно отправить Елену обратно.

Верните ее, пока еще не поздно!

Еще один человек выступил вперед. Он был широколицый и рыжеволосый. Походка выдавала в нем бывалого воина.

— Разве стены Трои недостаточно прочны, чтобы устоять перед жалкими нападками кучки иноземцев? — закричал он. — О чем мы здесь толкуем? О сотне-другой ничтожных греков, которые по наущению Агамемнона пересекут море и высадятся под Троей. Собьются в кучку на берегу и будут ютиться в тени своих кораблей.