Елена Троянская

Наутро Ахилл приказал отправиться на гору Ида, собрать дрова для погребального костра. Возле костра Ахилл принес в жертву лошадей и собак Патрокла, а также двенадцать знатных троянских пленников. Когда жертвенный дым поднимался к небу, были объявлены погребальные игры.

— Погребальные игры? — переспросил Приам.

— Да, как обычно, соревновались в управлении колесницами, беге, борьбе, кулачном бою, метании дротика.

— Это когда тело Гектора лежит обнаженное и поруганное!

Приам застонал от боли.

Кто-то поинтересовался участниками игр. Ответ был:

— Диомед, Антилох — сын Нестора, Идоменей с Крита, два Аякса, Одиссей, лучник Тевкр, Агамемнон, Менелай.

Диомед выиграл состязание колесниц, Аякс и Одиссей победили в борьбе.

— Значит, Патрокл получил упокоение. Теперь мы должны вернуть Гектора, — сказал Приам.

— Отец, вспомни, как Ахилл ответил на предсмертную мольбу Гектора о достойном погребении. Он сказал… — Парис не договорил.

Не было нужды повторять эти ужасные слова. Мы их слишком хорошо помнили.

— Я сам пойду и верну Гектора.

Приам резко встал с былой решимостью.

Он стремительно покинул дворец, вышел за ворота.

Парис настиг его и остановил, положив сильные руки на отцовские плечи. Их нагнал Деифоб, который считал своим долгом не оставлять Приама наедине с Парисом. Рядом вырос рыжеволосый Гелен с пустыми глазами. После смерти Гектора между сыновьями Приама началось соперничество за первенство. Парис, не обращая внимания на братьев, повел отца обратно во дворец.

Уже три дня и три ночи рыдания и стоны троянцев, оплакивавших Гектора, были слышны даже в моей комнате на самом верху дворца. Я снова занялась своим ковром. Работа успокаивала меня, укрепляла мой дух.

Но когда я протягивала нить, рука моя дрогнула, нить порвалась, и я разразилась рыданиями.

— Клянусь тебе, я отомщу за Гектора. Я убью Ахилла.

Гектор сказал перед смертью, что Ахилл погибнет от руки Париса. Тот услышал эти слова и воспринял их как предсмертный наказ брата. Но как его исполнить?

— Я готов сделать это любым способом. Мне нет дела до чести и обычаев. Мне важно одно: чтобы Ахилл был мертв. Даже если придется воспользоваться отравленным платьем или ядовитой стрелой, что за беда? Благородный Гектор сошелся с ним лицом к лицу в честном поединке — и он мертв.

Я должен умертвить Ахилла. Своей рукой. Ты поняла меня? Я убью Ахилла во что бы то ни стало. А если я умру сам и после моей смерти меня станут обвинять в бесчестье, тебе не будет стыдно за меня?

— Нет, никогда мне не будет стыдно за тебя.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Похоже, мы с тобой принесли в Трою смерть. Мы сами должны встретить ее без страха. — Он прижал меня к груди. — Елена, я так хотел бы дожить с тобой до старости, пока она не разлучит нас.