Елена Троянская

Над водой разносилось глубокое гортанное пение — наверное, жрецы приступили к вечернему богослужению.

Нас встретил представитель фараона и отвел в жилище. Нервный чиновник показал нам самый большой храм. Вдоль Нила располагались гробницы — огромные священные сооружения. Гробница для нынешнего фараона тоже строится, несмотря на его молодость. «Мы должны готовиться к будущей жизни», — с важностью объяснил наш проводник.

Мы шли под крышей храма, которая покоилась на колоннах выше самого высокого дерева. Статуи размером превосходили даже троянского коня, а головой почти достигали крыши. Одни изображали фараонов, другие — странных египетских богов с головами крокодилов, шакалов, соколов. Им служили жрецы в длинных рубахах, с бритыми головами.

Менелай обратил мое внимание на статую с головой крокодила.

«В верховьях Нила находится огромный город жрецов. Там есть храм — он больше, чем вся наша Троя. Перед ним стоят статуи в пять человеческих ростов. Мы должны побывать там. Как только закончится война». Парис. Парис мечтал побывать здесь, увидеть эти чудеса…

Я не буду смотреть на них без него. Не хочу. Я повернулась и выбежала из храма.

Всю ночь мне снился Парис. Он стоял рядом со мной, печалился, что так и не побывал в Египте. «Я знаю не хуже тебя, что этого никогда не будет», — повторял он свои слова.

Менелай сидел, встревоженный, на моей кровати и тряс меня.

— Ты кричала во сне, — объяснил Менелай. — Не бойся, это всего лишь сон.

Да, Парис — всего лишь сон.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Я была тронута тем, что он хотел успокоить меня.

Мне пришлось вернуться в храм, из которого я бежала накануне: высокопоставленные египетские чиновники пригласили Менелая на встречу. Когда я вошла в храм, у меня возникло чувство, что Парис рядом, и я пыталась смотреть на все его глазами. Я бродила в сумрачной прохладе — здесь было прохладно, несмотря на жаркий полдень, — когда ко мне подошел мальчик, взял за руку и повел в сторону. Я не понимала, что он говорит, но он, похоже, не сомневался в том, что понимает, с какой целью я пришла в храм.

— Прорицательница… очень мудрая, — вот все, что я поняла из его слов.

Я осталась ждать в маленькой комнатке. Вошла женщина — затрудняюсь определить ее возраст — и сказала:

— Я знаю тебя. Ты Елена.

Как ни странно, я понимала ее, хотя не представляла, на каком языке она говорит. Она продолжала:

— Ты оказала нам честь своим пребыванием, пусть недолгим. — Ее голос оживился. — Ты искала меня, чтобы получить один из моих эликсиров.

Я совсем не искала ее и понятия не имела о ее эликсирах, но возражать не смела.

— Да, — снова кивнула я.

— Мы, египтяне, умеем готовить самые разные снадобья, — говорила она.