Эволюция «Андромеды»

– О, – изумленно выдохнул парень и вмиг вскочил на ноги, громко ударившись коленями о стол.

Все головы в комнате в одночасье повернулись в его сторону. Лончев выпрямился, тяжело дыша; лицо покраснело от смущения. С дрожащими от страха ногами он глядел по сторонам на толпу высокопоставленных чиновников, которым ничего не стоило навеки погубить его карьеру. Или, может, наоборот?

Стажер помедлил секунду.

И тогда начал кричать.

Поутру, лежа в гамаке, Нидхи Ведала слушала, как отдалялся рев реактивных двигателей. Ожидаемые вспышки напалма так и не прорвались горящим пламенем сквозь повсеместный навес джунглей; огненная жара ядерного взрыва не омыла поверхность чужеродной структуры.

Улыбка облегчения не заставила себя долго ждать – должно быть, послание из ветвей упавшего дерева, которое додумался оставить Одиамбо, сработало.

Вероятно, полевой команде «Лесной пожар» было суждено прожить еще один день.

Ночь прошла без происшествий. В области джунглей, где они очутились, как будто ничего живого не осталось. Глухая тишина резко контрастировала с тем хаосом и шумом, что сопровождали ученых в первые дни пути.

Даже деревья и растения, казалось, уклонялись от неизвестного вторженца. Их высокие, тощие ветви раскинулись по сторонам, точно зловещие когти, а из-под обугленных листьев поднималась легкая дымка. Мертвая тишина в сочетании с неестественной жарой и сухостью создавали ощущение, что природа трансформировалась из зеленого тропического леса во что-то совершенно иное.

Судя по данным физиологического мониторинга, Стоун мучился кошмарами большую часть ночи, даже хуже, чем обычно. Остальная команда провела ночные часы в приступах тревоги и бессонницы.

Пожалуй, только юный Тупа спал спокойно, уютно устроившись в гамаке. Его сомнения и страхи утонули в неизбежном потоке физической усталости.

Выбравшись из гамака, Ведала разбудила команду и велела сразу после завтрака собраться у пещеры. Пенг незамедлительно приступила к разведению костра. В отличие от коллеги, Нидхи медлить не стала: плотно зашнуровав ботинки, она нанесла ингибитор на руки и рукава, схватила в зубы батончик мюсли и отправилась сквозь безмолвные деревья к серебристому берегу реки.

За прошедшие часы аномалия не претерпела изменений, тем не менее внутри безликой структуры ощущалась некая пульсирующая сила.

Вероятно, гора запасалась потенциальной энергией для последующего роста.

Сидя на сухом конце стофутового бревна, наполовину утопшего в грязи, Ведала внимательно рассматривала шестиугольный вход. «Пасть» аномалии не превышала высоту человеческого роста и располагалась слева от каскада желто-коричневой воды. Грязный ручей бежал вдоль таких же грязных берегов, местами образовывая скопления пены.