Филькина круча

– Хватит! – крикнула Марина. – Тебе ясно? Хватит!

Она побежала в комнату к сыну. Антон все еще стоял в коридоре и не решался пойти за ней. Он никак не мог отвести взгляд от грязных следов на полу. Из детской раздался грохот. Антон аккуратно снял свои ботинки и потихоньку подошел к своей комнате.

– Хватит! – орала Марина. – Хватит! Хватит!

С каждым выкриком она всаживала нож в круглый динамик музыкальной колонки сына. Тонкое острое лезвие входило в упругую поверхность с присвистом. На выходе же оно оставляло после себя все новые и новые рваные черные лохмотья.

Марина кричала и кричала, а ее голос, наконец-то вырвавшийся из глотки, не мог вылететь сквозь закрытое окно и тихонько просачивался в поры стен.

– Мама! – В глазах Антона стояли слезы.

Прикончив одну колонку, Марина принялась за вторую. Она кромсала мягкие динамики и долбила деревянный остов основы. Тонкие щепки отлетали на красный ковролин и усыпали густой ворс белыми иглами.

– Это все ты! – Марина зашипела, подскочила к Антону и двумя резкими движениями вытащила из его ушей наушники. – И твой похотливый папаша! Сколько я молилась за вас! Хотела, чтобы вам было хорошо и приятно.

Жила вами… Тобой… Антоша…

– Отдай! – бессильно вымолвил Антон, но Марина выставила вперед руку с ножом. Лицо ее расплылось в дикой улыбке.

Антон замотал головой и попятился назад, а Марина упала на пол и продолжила втыкать нож во все, что попадалось ей под руку.

– Это ты… ты… ты… ты…

И только когда в коридоре хлопнула входная дверь, Марина вдруг остановилась. Она опустила руку. Пальцы разжались сами собой, нож выскользнул и упал на пол, на слой деревянных щепок.

Дождь устал, и по подоконнику закапали редкие капли. Сквозь квадраты решетки окна Марина увидела на сером бархате неба радугу.

– Черт. – Марина поднялась с колен и выскочила за сыном на улицу.

Марина бежала той дорогой, что они шли к дому. Ни во дворе, ни у магазина, ни между бараками и стройкой, ни даже в сквере – Антоши нигде не было. Марина рыскала глазами между парковых лип и лиственниц и не находила знакомой фигуры. Каждый, у кого она спрашивала о долговязом мальчике в черной куртке, пожимал плечами, мотал головой, а то и вовсе молча пробегал мимо, притворившись, что ничего не расслышал.

Марина понимала, что у нее совсем нет времени. Без музыки у Антона начнется припадок, а в ушах у него сейчас нет ни единой мелодии. Боже, Боже, что же она натворила? Марина остановилась между деревьями. Она отчаянно дергала головой по сторонам, но ее взгляд ловил лишь пустые пейзажи. Ногти впились в ладони. Никого.

Марина подняла голову. В клубах серых туч показалась форточка в лазурное небо. Мимо Марины порскнула маленькая птичка.