Филькина круча

Чтобы не будить Катю так рано, он поднялся, тихо сгреб форму со стула и вышел в коридор.

В ванной открыл воду и подставил под холодную струю ладони. Набрав полную лодку, срубленную наспех из длинных тонких пальцев, он немного раздвинул клиновидное дно и выпустил через узкую пробоину воду. Он не мог понять, действительно ли Нина вчера приходила к нему на кухню или это ему привиделось? Олег все набирал и выливал воду, наверное, он простоял так целых полчаса, наконец в дверь ванной постучали.

Олег открыл. В коридоре растрепанная и в ночной сорочке стояла его мать.

– Олежа, я слышала, ты кричал. Опять она снилась?

– Да я что… вчера просто день памяти Ниночки был, а ты забыл… Я там блинов напекла и вино открыла. Помянуть бы надо…

– Поменьше налегать мне надо… Да и не нужно мне это… Совсем не нужно.

– Но как же помянуть-то?

– Лучше в церковь зайду сегодня, помолюсь.

– И с Катькой больше времени проводить буду, хватит уже страдать. Жизнь одна.

Олег закрыл перед носом матери дверь, выдавил из высокого синего баллона на ладонь загогулину белой пены и принялся поспешно бриться.

До начала рабочего дня оставалось двадцать минут.

Петров все никак не мог отделаться от навязчивых мыслей, преследующих его с ночи. Ко входу в отделение спешил Кольцов. Яркий, нарядный, ему не хватало только букета цветов, чтобы любая красотка, сверкая пятками, бежала к нему на свидание. Но в руках у него был бумажный пакет с жирными пятнами разного калибра: наверняка пирожки или бутерброды. Олег поспешил отвернуться, чтобы коллега невзначай не заметил его. Успеет еще наболтаться с ним за весь день.

Петров взял телефон. Зашел в исходящие звонки: да, он правда звонил вчера ночью Даше.

К щекам прилила кровь. Она, наверное, подумала, что он совсем дебил. Нет, так маяться в неведении он не собирался. Олег нажал кнопку вызова.

– Да, слушаю, – в трубке послышался совсем не по-утреннему звонкий голос Даши.

– Я хотел спросить насчет вчерашнего…

– А что насчет вчерашнего?

– Ну… все норм? Родственная душа… поделиться сокровенным…

Даша промолчала, но он почувствовал, как она улыбнулась на том конце провода.

– Мне понравилось, как ты рассказывала про фигуристочек.

– Что-о? – голос Даши резко изменил тональность.

– Ну про то, что ты как будто исчезаешь на трибуне и становишься ими во время их выступлений.

– Э-э-э, Олег… но я тебе ничего такого не говорила…

– А что ты ходишь навещать Алису Федоровну и что рада за те три года?

– Олег, прекрати! – Олег впервые услышал, как Даша закричала. Она тяжело дышала в трубку. – Ты не можешь ничего этого знать, я не говорила тебе этого. Вчера ты отключился на середине разговора, и я… не захоте… не стала тебе перезванивать и пошла спать.