Галерея кукол и костей

 – На вас же охотятся Корф и вся его гоп-компания. Ваши родственнички…

– Но мы ведь вернемся в академию до наступления темноты, – возразил Альф. – Так, Тимофей?

– Постараемся, – кивнул тот.

– А что у вас тут находится? – Вернер закрутил головой по сторонам. – Художники занимаются, что ли?

– Да, – ответил Стас. – Но в последнее время все реже. Ученикам сейчас не до живописи, все учатся не кисточками, а мечами размахивать.

– А я бы порисовал, – сказал вдруг Вернер. – Страсть как люблю это дело.

– Правда? – изумленно вскинул брови Стас.

Вместо ответа тот задрал повыше рукава футболки и показал татуировки на своих мускулистых руках.

– Все набито по собственным эскизам, – важно сообщил он.

– Пошли уже. – Альф бесцеремонно вытолкал брата в коридор. – Нас тут и так все за уголовников принимают, а ты еще татуировками хвастаться надумал?!

Тимофей и Стас громко расхохотались. Затем Зверев, Альф и Вернер попрощались с Кащеевым и направились к воротам академии. Вскоре все трое уже шагали в сторону Клыково по узкой лесной тропе, протоптанной в свежевыпавшем снегу.

– А правда, ребята, как к вам сейчас относятся в «Пандемониуме»? – спросил по дороге Тимофей.

– Не так, как прежде, но все равно с опаской и настороженностью, – подумав, ответил Вернер.

– Их можно понять, – добавил Альф. – Мы свалились как снег на голову. Да еще присутствовали при убийстве Девы. В глазах остальных это нам очков не прибавило. Но, по крайней мере, нас больше не держат взаперти. Парни из баскетбольной команды даже позвали поиграть с ними после обеда. Определенно, мне все больше начинает нравиться в этой академии.

– И все равно, поскорее бы все это закончилось, – буркнул Вернер. – Как ни крути, а мы чужие там и чужие здесь. А так хочется вернуться к своей прежней спокойной жизни в Новый Ингершам, снова открыть наш магазинчик, забыть о Первородных, об Огненных волках, об их кровной вражде.

– Тоже верно, – согласился Альф. – Я скучаю по Новому Ингершаму, а эти косые взгляды со всех сторон уже порядком достали.

– А с Женей Степановой ты уже виделся? – спросил Тимофей. – Она знает, что вы сейчас живете в академии?

– Нам так и не удалось с ней поговорить, – ответил Альф. – Но радует уже то, что она полностью поправилась, хоть я и не совсем понял, как это произошло. Мы поговорим. Позвоню ей сегодня же вечером.

Полчаса спустя Тимофей, Альф и Вернер подошли к высокой ограде особняка Долмацких. За толстыми чугунными прутьями возвышался большой старинный дом, сразу за которым начинался густой, темный лес, теряющийся в багровой дымке тумана. По верху изгороди тянулась тонкая колючая проволока, которую Тимофей не сразу разглядел.