Голый завтрак

ПЕДИК 1: Заткнись, дешевая гранулемная манда… Недаром среди клиентов ты известна как Мерзкая Лу.

ДЕКЛАМАТОРША: А между ног-то у девочки кое-что аппетитное.

Он надевает леопардовую шкуру с железными когтями…

ПЕДИК 1: Ого! Светская дама!

Он с воплями бросается бежать по Рынку, и за ним гонится хрюкающий, рычащий трансвестит…

Клем ставит подножку инвалиду, страдающему спастикой, и отбирает у него костыли… Он разыгрывает отвратительную пародию, подергиваясь и пуская слюни…

В отдалении шум мятежа – тысяча истеричных выходцев из Померании.

Жалюзи магазинов падают со стуком, как гильотины. Стаканы с напитками и подносы повисли в воздухе, а покупатели оказались внутри благодаря всасывающей силе паники.

ХОР ПЕДИКОВ: Изнасилуют всех нас. Я знаю это, знаю.

Они вбегают в аптеку и покупают ящик хорошей смазки.

ПАРТИЙНЫЙ ЛИДЕР (театрально вытянув руку): Глас народа!

Став жертвой вымогательства со стороны командующего кармой, принимается пощипывать низкую травку Денежный Кукловод Пирсон; потом он прячется на пустыре с подвязочными змеями, где его находит по запаху постижимый пес…

Рынок опустел, не считая старого пьянчуги неопределенной национальности, засунувшего голову в писсуар и потерявшего сознание. Мятежники с визгом и криками «смерть французам!» врываются на Рынок и разрывают пьянчугу в клочья.

САЛЬВАДОР ХАСАН (извиваясь у замочной скважины): Только посмотрите на эти лица, единое прелестное протоплазменное существо, все в точности на одно лицо!

Он отплясывает Ликвифракционистскую джигу.

Хнычущий гомик падает на пол, испытывая оргазм:

– О боже, как это возбуждает! Будто миллион жарких трепещущих хуев.

БЕНВЕЙ: Хорошо бы сделать этим ребятам анализ крови.

Зловеще неприметный человек – седая борода, серое лицо и поношенная коричневая джеллаба – поет, не разжимая губ, с легким акцентом неведомого происхождения:

«О, куклы, большие красивые куклы».

Рынок занимают выдвинувшиеся со всех прилегающих улиц отряды носатых, тонкогубых полицейских с холодными серыми глазами. Хладнокровно, с методичной жестокостью они избивают мятежников ногами и дубинками.

Мятежников уже увезли на грузовиках. Жалюзи поднимаются, и граждане Интерзоны выходят на скользкую от крови площадь, усеянную зубами и сандалиями.

Матросский сундучок мертвеца находится в Посольстве, и вице-консул сообщает матери дурные вести.

Нет больше… Утра… Рассвета… n’existe plus… Знал бы, сказал бы с радостью. Любой из двух путей ведет в злополучное Восточное Крыло… Он ушел в невидимую дверь… Не здесь… Можете искать где угодно… Бесполезно… No Bueno… Сам еле выкручиваюсь… Плиходи пятниса.