Горе господина Гро

Нынче принято считать, что обычай этот устарел, молодежь снисходительно посмеивается над старшими коллегами и увешивает свои жилища связками дорогих охранных амулетов; а в воровском цеху, говорят, появились беспечные невежи, способные причинить ущерб имуществу врачевателя, — в прежние времена столичные преступники даже помыслить о таком не смели. Однако если бы мне вдруг пришлось выбирать себе надежного домашнего знахаря, у тех, кто запирает дверь на ночь, не было бы ни единого шанса облегчить мой кошелек. И дело не в почтении к старым традициям, просто я знаю, что знахарь, наделенный подлинным Призванием, физически не способен заснуть, если не уверен, что любой пациент в случае нужды сможет до него добраться. А к знахарям без Призвания пусть самоубийцы ходят.

Услышав скрип дверных петель, Габа выглянул в холл. Увидел меня и, прямо скажем, не слишком обрадовался.

— Что-то случилось? — настороженно спросил он.

— У тебя кто-то заболел?

— Насколько я знаю, нет. Спасибо, Габа. Я по другому поводу. Начальник Тайного Сыска хочет с тобой поговорить.

— По-хорошему, ваша встреча должна была состояться гораздо раньше, — вздохнул я. — Но поскольку пересекать Мост Времени дураков нет, прямо сейчас — это единственный разумный вариант.

Я не просто так молол языком — просто пока Габа меня слушал, я неторопливо пересекал холл и замолчал, только когда приблизился к хозяину дома на расстояние, позволяющее уменьшить его до ничтожных размеров и спрятать между большим и указательным пальцами руки. Фокус-то нехитрый, особенно когда имеешь дело с человеком, который этого от тебя не ожидал.

Несколько секунд спустя я вытряхнул свою добычу перед Джуффином.

Почему, собственно, подобный поступок считается крайне невежливым: когда возвращаешь уменьшенному человеку его прежний вид, почти невозможно застраховать его от падения. Единственное, что тут можно сделать, — сесть на корточки и аккуратно встряхнуть руку над самым полом, чтобы обошлось без ушибов. Но все равно неприятно, кто бы спорил.

— Прости, Габа, — сказал я, пока мой приятель поднимался на ноги, ошеломленно озираясь по сторонам. — У меня не было другого выхода. Ты же Темным Путем не ходишь, а время дорого.

— Хороший вечер, господин Гро. — Джуффин Халли покинул свой пост у окна и подошел к нам с улыбкой на устах, ни дать ни взять радушный хозяин, встречающий долгожданных гостей.

Габа невнятно пробормотал какое-то приветствие и уставился на Джуффина с совершенно откровенным ужасом. Кеттариец почему-то на многих так действует, даже на людей вроде Габы, которым чужая грозная репутация до одного места. Все не могу понять, то ли он нарочно так делает, то ли, напротив, никак не может избавиться от этой своей особенности.