Горе господина Гро

 — Говорили, дескать, дела, работа, убийцы, оставили меня скучать с несмышленой девчонкой, а сами сидите тут сложа руки и языки чешете.

— Сидим, чешем, — миролюбиво согласился Джуффин. — Приглядываем за детишками. Видите, сколько их тут у нас?

— Вижу, — с отвращением сказал Хумха. — Дети вообще довольно неприятные существа, но эти ваши — нечто из ряда вон выходящее. На их фоне мне даже собственный сын начинает казаться на редкость удачным ребенком.

— А разве ты не заметил, что это не дети, в смысле, вообще не люди? — спросил я. — Теоретически, ты такие вещи сразу должен подмечать.

— Я их не разглядывал, — высокомерно ответствовал призрак. — Какое мне до них дело?

— Это зрелище стоит того, чтобы уделить ему несколько минут вашего драгоценного времени, — льстиво сказал Джуффин. — Такого мир еще не видывал.

— Правда? — с брезгливым любопытством переспросил Хумха. И тут же как миленький уставился в окно, а потом и вовсе выпорхнул на улицу.

Все-таки Джуффин вертит им как хочет, подумал я. Поразительно.

Призрак отсутствовал довольно долго. Наконец вернулся, изрядно озадаченный.

— Что это вообще такое? Откуда они взялись? Зачем все это? — сердито спросил он.

Можно подумать, мы с Джуффином самолично изготовили этих детишек ради удовольствия разыграть всеведущего Магистра Хумху Йоха.

— Удивительные существа, правда? — с энтузиазмом подхватил Джуффин. — Так, можете вообразить, выглядит горе — если изгнать его из страдающего сердца и отправить резвиться на воле.

— Выражайтесь яснее, — потребовал Хумха. — Горе, вы сказали? То есть каждый отвратительный ребенок — чье-то горе, насильственно извлеченное из несчастного?

— Тогда вы ошибаетесь, полагая, что такого мир еще не видывал. Это не первый случай. Я сам не был тому свидетелем, но доподлинно знаю, что мой дед, Шутта Йох, собственноручно изгнал из себя горе и утопил его в Хуроне. После смерти молодой жены он остался с двумя сыновьями на руках и так страдал, что не мог заниматься воспитанием мальчиков. Наконец он решил, что так не годится, взял себя в руки и успешно избавился от горя.

— Утопил в Хуроне, говорите? — изумленно переспросил Джуффин. — Вы уверены?

— Я, молодой человек, привык отвечать за свои слова, — отрезал Хумха. — Если бы я не был уверен, так и сказал бы: «по слухам» или «согласно семейной легенде». Но дед вырастил не только моего отца, он и меня воспитывал. И не раз водил гулять на берег Хурона, показывал — вот на этом месте триста лет назад я утопил свое горе. Иногда выражался крепче. «Алчная тварь» — вот как он его называл. Теперь понятно почему.

— Значит, утопил. И после этого его душевные муки не возобновились? — Джуффин даже с места привстал, так ему было интересно. — Потому что я только что испепелил одно чужое горе.