Горе господина Гро

Понемногу к веселящему порошку пристрастились все молодые придворные, поскольку копировать привычки и пристрастия монархов считалось хорошим тоном во все времена. Потом какие-то переселенцы вывезли рецепт на Чирухту, а наши знахари, в свою очередь, придумали новые, более эффективные средства борьбы с печалью и постепенно забыли о существовании Белой Смеси Морги. Поэтому с некоторых пор считается, будто это традиционное снадобье знахарей Чирухты. Как же, размечтались! Не удивлюсь, если подобную историю имеют все их убогие достижения, кроме разве что какого-нибудь целебного хлёбова из мха, который имеет счастье произрастать только на этом далеком континенте…

— Ваши замечания, сэр Хумха, чрезвычайно интересны, — мягко сказал Джуффин. — И, не сомневаюсь, совершенно бесценны для всех изучающих историю Соединенного Королевства в целом и лекарственных зелий в частности. Но давайте не будем мешать знахарю. На чем вы остановились, сэр Гро?

— Собственно, на том, что сейчас мне придется приготовить лекарство у вас на глазах, поскольку сделать это заранее я не мог. Это довольно скучный процесс, уж извините.

Он достал из сумки крошечную жаровню, водрузил на нее почти игрушечную с виду колбу, плеснул туда воды из флакона, кинул несколько крупиц пресловутой Белой Смеси, отщипнул по крошке от остальных ингредиентов и принялся нагревать. В комнате сразу запахло сухой травой, мокрым песком, дешевым вином, жареной рыбой и почему-то медом — в точности, как в одном рыбацком трактире на побережье, в нескольких милях от Капутты, надо же. А ведь, казалось бы, что общего может быть между зельем из Чирухты и местом отдохновения уандукских рыбаков.

— Вот разве что сейчас будет более-менее интересный момент, — тихо сказал Габа Гро. — В зелье надо добавить, во-первых, каплю крови того, кто будет его принимать. Ну, это более-менее обычное дело, в старину так часто поступали с лекарствами, чтобы поближе познакомить их с будущим пациентом и, если можно так выразиться, помочь им подружиться. И, во-вторых, немножко земли, собранной в Сердце Мира. Причем не просто в любом месте столицы, земля с окраины точно не подошла бы, из Старого Города, наверное, тоже, из Королевского сада — уже получше, но я съездил на остров Холоми, копал у самой тюремной стены, ближе уже невозможно…

— Вот уж действительно интересный момент, ничего не скажешь, — согласился Джуффин. — Мне бы в голову не пришло. И в первоначальном рецепте этого вашего умпонского светила такого совета, как я понимаю, быть не могло. Они там, насколько мне известно, вообще уверены, что «Сердце Мира» — просто красивая метафора, а мы все тут, соответственно, чокнутые поэты, даром что могущественные колдуны… А вы-то как додумались?

— Мне, можно сказать, повезло.