Горе господина Гро

Зелье сперва получилось совсем слабенькое, для достижения нужного эффекта мне пришлось бы выпить залпом несколько бассейнов — непосильный для человека объем. Я перечитал много старинных трактатов о знахарстве и помимо прочего узнал, что лесные колдуны, жившие в этих местах задолго до того, как Халла Махун Мохнатый начал строить Ехо, добавляли в свои снадобья растения, камни и даже землю с острова Холоми — «для пущей крепости». Очевидную магию они, как известно, не практиковали, однако нашли свой немудреный способ использовать силу Сердца Мира. И я решил — если нам теперь нельзя колдовать, самое время вернуться к древним уловкам. Это, собственно, был поворотный момент в моих исследованиях. Потом все пошло как по маслу.

— Не так уж плохо, — неохотно признал Хумха. — Значит, и нынешнее поколение способно соображать, когда очень припечет.

Габа не обратил на его похвалу никакого внимания. Сосредоточенно помешивал свою ароматную смесь, что-то тихо бормотал, склонившись над колбой. Я сперва думал — заклинания, а оказалось, он просто жалуется, рассказывает, как ему плохо, не выбирая слов, то и дело запинаясь: «Я не могу без тебя, хочу к тебе, совсем не могу больше, да что же это такое, почему тебя нет, все есть, а тебя нет, да не могу же я так…»

Я так понял, никакой специальной формулы не существовало, нужно было просто выговориться над колбой с зельем, и все. Очевидно, тот самый «интимный момент», о котором упомянул Габа, — все же в присутствии посторонних непросто позволить себе так раскиснуть.

Наконец знахарь умолк, снял колбу с жаровни, выждал пару минут, давая зелью немного остыть, залпом его выпил, рухнул на пол, скрючился, обхватил себя руками и тихонько завыл; нечленораздельные стоны перемежались с прежними жалобными причитаниями: «не могу», «почему тебя нет», «хочу к тебе». То еще представление. Знал бы заранее, вышел бы из комнаты, не настолько я любопытен.

«Видите?! Кофа, вы видите, что происходит? Смотрите на его рот», — Джуффин воспользовался Безмолвной речью. В отличие от меня, он был в восторге от происходящего и совершенно это не скрывал.

В первый момент мне показалось, что изо рта у Габы просто течет слюна — неудивительно, если учесть, в каком он состоянии. Но приглядевшись, я увидел, что это больше похоже на сгустки серебристо-розового сияния — если, конечно, допустить, что сияние бывает густым. Когда впервые наблюдаешь какое-то явление, невольно начинаешь искать в нем сходство с уже знакомыми вещами или событиями; в данном случае опереться мне было решительно не на что, но если бы наши кондитеры вдруг изобрели мороженое, которое могут есть призраки, оно бы, ручаюсь, примерно так и выглядело.