Кровавая луна (ЛП)

Я взял твой номер у Александры, она сказала, что ты сейчас можешь находиться в Институте судебной медицины, работая над докторской диссертацией.

— И она не ошиблась, — сказал Хельге. — Кстати, поздравляю с арестом.

— Мм. Я собирался попросить тебя об одолжении.

— Выкладывай.

— Существует паразит под названием «Токсоплазма гондии».

— Ага.

— Тебе известно о нём что-нибудь?

— Это очень распространённый паразит, а я биоинженер.

— Окей. Я тут подумал, можешь ли ты проверить, не было ли у жертв этого паразита. Или его мутировавшей версии.

— Понимаю. Хотелось бы, но этот паразит сконцентрирован в мозге, а у девушек он был удалён.

— Да, но мне сказали, что паразит может быть и в глазах, а убийца оставил один глаз Сюсанны Андерсен.

— Верно, они также сосредоточены и в глазах, но уже слишком поздно. Останки Сюсанны отправили на похороны, которые должны были состояться сегодня утром.

— Знаю, но я проверил. Похороны действительно были назначены на сегодня, но тело всё ещё находится в крематории. У них большая очередь, поэтому её кремируют только завтра. Я получил устное постановление суда по телефону, так что я могу сейчас приехать туда, забрать глаз, а затем отправиться к тебе.

Хельге недоверчиво рассмеялся.

— Хорошо, а как ты собираешься удалить глаз?

— Хороший вопрос. Есть предложения?

Харри ждал. Пока он не услышал вздох Хельге.

— Строго говоря, это можно рассматривать как часть аутопсии, так что мне лучше пойти туда и сделать это самому."

"— Страна в долгу перед тобой, — сказал Харри. — Встречаемся там через тридцать минут.

Катрина шла так быстро, как только могла, по следственному изолятору. Сон Мин был прямо позади неё.

— Открывай, Грот! — крикнула она, и дежурный полицейский безропотно сделал, как ему было сказано. На этот раз Грот выглядел скорее шокированным, чем сварливым. Но это было небольшое утешение.

Катрина и Сон Мин протиснулись сквозь вращающиеся прутья турникета. Охранник придержал открытой дверь, ведущую в коридоры между камерами заключения.

Дверь камеры номер 14 была открыта. Даже в коридоре она чувствовала запах рвоты.

Она остановилась в дверях. Через плечи двух медиков она увидела лицо человека, лежащего на полу. Или, скорее, то, что когда-то было лицом, но теперь представляло собой лишь кровавую массу, переднюю часть головы, где фрагменты носовой кости были единственными белыми пятнами на красном месиве плоти.

Её взгляд остановился на том месте на кирпичной стене, о которое мужчина, очевидно, бился головой. Должно быть, он сделал это совсем недавно, потому что полусвернувшаяся кровь всё ещё стекала по стене.

— Инспектор Братт, — сказала она. — Мы только что получили сообщение.