Гражданин начальник

Уж коли вас так многое связывало последние годы, – Сысцов скорбно опустил глаза, чтобы Голдобов не увидел в них откровенной издевки.

– Сделаем, Иван Иванович, все сделаем, – неуязвимо ответил Голдобов, поняв и слова Сысцова, и настроение. – Его жена ведь у нас работает, в нашей системе... Прекрасный человек! – неосторожно произнес Голдобов и тут же пожалел об этом.

– Я слышал, что у нее не только душа хороша? – усмехнулся Сысцов, показывая знание всего, что происходит в городе.

– Очень толковая женщина. Переживает, конечно, дни тяжелые... Но поможем.

Тут уж вы не беспокойтесь, – произнес печально Голдобов и тут же чертыхнулся про себя – сейчас опять Сысцов даст ему по шее – тот не упускал таких возможностей.

– Да я особенно-то и не беспокоюсь. Думаю, все, что можно, ты уже сделал, – в голосе Первого прозвучала явная жесткость, нарушившая приятный тон беседы. – Ну ладно, оставим это, – произнес он, не дождавшись ответа. – Потрепались и хватит. Так вот, письма... Пахомов его фамилия? – Он перевернул листок. – Да, Пахомов Николай Константинович. Значит, не врет, что был твоим водителем?

– Здесь сообщается о вещах, которые требуют особого разговора.

Технология воровства, как он выражается. Причем описывает довольно дельно. Убедительно, я бы сказал. Потайные склады, пересортица, передача товара кооператорам, частным ресторанам, слишком уж тесные контакты с мясокомбинатом... И везде имена, телефоны, адреса, даты... Ты его, Илья, недооценил. Или где-то перешел границу, переходить которую непозволительно никому. Я бы не решился. А ты решился. И получил под дых. Не знаю, сможешь ли ты восстановить дыхание.

– С вашей помощью, Иван Иванович.

– В отличие от тебя, Илья, и в отличие от твоего водителя, я друзей не бросаю. Может быть, в этом мой недостаток. Но я такой и об этом не жалею, – Сысцов посмотрел в упор на Голдобова ясным, твердым взглядом.

– Иван Иванович! Дорогой!

– Помолчи, Илья. Ты уже много чего сказал сегодня. Ты действительно в состоянии контролировать себя, свои поступки и решения? Ты в состоянии вести себя так, чтобы не ставить под удар друзей? Или эта способность тебя покинула? Надеюсь, ты понимаешь, что по этим письмам можно принять решение в течение пяти минут? Может быть, годы берут свое, а, Илья? Чтобы допустить такой прокол, надо быть немного идиотом, тебе не кажется? Забраться в кровать к жене своего водителя! Да тут.

.. Тут кролик тебя растерзает!

– Бес попутал, Иван Иванович! – искренне простонал Голдобов, впервые ощутив холодок в лицо. – Не велите казнить...

– Если подтвердится десятая часть того, о чем пишет этот парень, нас с тобой надо сажать в одну камеру! – взревел Сысцов, поднимаясь из кресла.