Гражданин начальник

В руках у тебя будет прекрасная штуковина с оптическим прицелом. Стрелять умеешь. Ты делаешь один выстрел, ставишь винтовку вон в ту кладовочку и спокойно уходишь. И мы в расчете.

– А если не соглашусь?

– Согласишься. По многим причинам. Первая – твоя девочка. Ты ведь не хочешь ее потерять? А мы вынуждены будем принять к ней меры, чтобы сохранить дисциплину в наших рядах. Вторая причина – ты на крючке. Ты же убийца, Андрюша! Тебе спасаться надо. И самое главное – я привел тебя сюда, рассказал о нашей невинной затее... И если все сделаем сами, то тем самым отдаем себя в твои руки.

А мне бы этого не хотелось.

– Но тогда я отдаю себя...

– Нет, не отдаешь. Ты уже у меня в руках.

– А почему ты хочешь, чтобы это сделал я? Зачем еще одного человека впутывать?

– У тебя такие дела хорошо получаются. И потом... Мне кажется, ты сам искал способ расплатиться за доброе отношение... Смотри – идет трамвай. Слышишь скрежет? Это здесь, на четвертом этаже, в ста метрах от поворота... А какой ужас там, на перекрестке!

– Я никогда не стрелял с оптическим прицелом.

Заварзин прошел в коридор, открыл дверцу встроенного шкафа, вынул винтовку, причем она оказалась гораздо меньшего размера, чем ожидал увидеть Андрей.

Над стволом действительно красовалась черная труба прицела с линзами, сверкнувшими зловещим фиолетовым блеском. Заварзин любовно погладил винтовку, щелкнул затвором, протянул Андрею.

– Познакомься. Очень послушная, исполнительная... Я отношусь к ней, как к любимой женщине... И она отвечает взаимностью. Вы поймете друг друга, и, кто знает, между вами может возникнуть чувство... А?

Андрей взвесил винтовку на ладонях – она оказалась достаточно тяжелой.

– Еще несколько подробностей, – Заварзин подошел к окну.

 – Смотри, рама будет приоткрыта сантиметров на пять... Не больше. Окна грязные, сквозь них ничего не видно. Ты ложишься на стол, устанавливаешь ствол и спокойно дожидаешься, когда на голубую скамейку справа от дерева сядет известный тебе человек. Да, чуть не забыл. – Заварзин прошел в коридор и вернулся с короткой черной трубкой. – Глушитель! Выстрел будет не громче щелчка пальцев.

– Да! – воскликнул Заварзин. – Да, черт тебя подери!

– Да, завтра, в двенадцать ноль-ноль наш приятель сядет на ту скамейку.

Но может и опоздать – советская система, ничего не поделаешь. Несколько технических советов... Внутри, в этой штуковине, – он положил ладонь на прицел, – нанесено перекрестие нитей... Ты должен совместить...

– Это неважно, – опять нахмурился Заварзин. – Я должен быть уверен, что ты знаешь. Не надо рвать спусковой крючок... Спокойно, нежно, понял? Не торопи выстрел. Просто дожидайся, пока эта штуковина сама решит, что пора выстрелить. Терпеливо нажимай на крючок, не торопясь. Эта красавица сама знает, когда кончить.