Гражданин начальник

Понял?

– Да! – взревел Заварзин в бешенстве.

– На все четыре стороны.

– Завтра. Утром, за пятнадцать минут до срока, ты возьмешь ключ под ковриком у входа. Эту штуковину найдешь в кладовочке, заставленной лыжами, швабрами и прочей гадостью. И в ней будет один патрон.

– Это хороший патрон, и его будет вполне достаточно. После выстрела ставишь винтовку на место, ключ вешаешь на гвоздик возле двери и уходишь. Захлопнешь дверь и отправляйся по своим делам. Мотоцикл оставь где-нибудь подальше, за пару кварталов. Вопросы есть?

– Ты уверен, что я его узнаю?

– За пять минут до двенадцати зазвонит телефон, – Заварзин поискал глазами аппарат.

 – И тебе сообщат, во что тот человек одет.

– Звонить будешь не ты?

– Не имеет значения. Звонить будет тот, кому удобнее.

– Если задашь этот вопрос еще раз, я сам прикончу тебя из этой штуковины, понял? А теперь иди и отсыпайся. Не вздумай пить. У тебя должна быть твердая рука.

– И верный глаз, – добавил Андрей, поднимаясь.

Расставшись с Заварзиным, Андрей бездумно сидел на той самой скамейке, на которой завтра в двенадцать ноль-ноль должен оказаться Пафнутьев.

Вроде бы слежки не было, но Заварзин вряд ли вот так легко оставит его одного. Наверно, все-таки откуда-то наблюдают.

Андрей ждал трамвая. Действительно, приблизившись к перекрестку, тот стал разворачиваться с таким металлическим визгом, что выстрела, прозвучавшего вон там, за тем окном на четвертом этаже, наверняка здесь никто не услышит. Человек бесшумно откинется на скамейке, и долго его будут принимать за пьяного, пока кто-нибудь не взглянет внимательнее.

Андрей осмотрелся.

Никто не выглядывал из-за газетного киоска, никто не обращал на него внимания с соседних скамеек, из толпы на остановке трамвая. Но за ним легко было наблюдать сквозь немытые окна гастронома, из машин, стоявших на противоположной стороне улицы, из окон домов, окружающих этот небольшой пыльный скверик...

«Ладно, – подумал он, – авось». И с удивлением вдруг ощутил спокойствие. То ли продуманность покушения убедила его в собственной неуязвимости, то ли принятое решение освободило от колебаний, но Андрей почувствовал вдруг какую-то опустошенность.

До него дошло, что спасаться надо не только от Пафнутьева, но и от своих друзей. Вряд ли они оставят его живым после того, как выполнит задание. Хотя им ведь и в будущем понадобятся исполнители для таких деликатных дел... И опять все начнется сначала? Так и в самом деле можно стать наемным убийцей... У него не было выхода. Или же его возьмет Пафнутьев, и тогда будет суд за умышленное убийство, или же его возьмут свои, и исход будет ничуть не лучше.