И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Петер отошел к стене, провел пальцами и, сочтя уровень чистоты приемлемым, оперся на нее спиной.

Паттерсон выпрямился, воинственно вскинув голову, но даже в такой позе доставал Петеру только до подбородка. Гаденький внутренний голос прошептал, что было бы очень забавно потрепать его по макушке. Чтобы удержаться от искушения, Петер сунул руки в карманы.

- Короче. Делле сейчас херово, поэтому пожалуйста, не грузи ее еще больше, - Паттерсон говорил медленно и напряженно – так, будто ему было физически трудно произносить слова. - Это я создал проблему. Если ты недоволен, все претензии ко мне.

Петер посмотрел на придурка сверху вниз расчетливо снисходительным взглядом. Идиотическое стремление защищать Делайлу Ругер одновременно раздражало его и смешило. Этот придурок думал, что он помогает Делле. Этот придурок нихуя не понимал.

- Слушай меня, - наклонился к Паттерсону Петер, нависая над ним всеми своими двумястами фунтами. – Во-первых, если бы эта идиотка осталась в госпитале, то ей бы не было так херово. А во-вторых, все это между мной и Деллой.

- Да нихера ты не понимаешь. Мы с Деллой знаем друг друга с двендацати лет.

За это время…

…сменилась куча мужиков, и каждый думал, что имеет на Деллу больше прав, чем кто бы то ни было. Но все эти мужики растворились в седой пене времен, а Петер все еще тут. Здесь он и останется – даже тогда, когда этот белобрысый хоббит последует за своими предшественниками.

Этого Петер не сказал. Но очень, очень хотел. Потому что белобрысый хоббит зашел дальше, чем нужно было заходить. И сунулся туда, куда не стоило соваться.

- …За это время мы стали близкими друзьями. Делла мне как сестра. И если ты думаешь, что можешь вмешиваться в наши отношения – то ты сильно заблуждаешься.

Ты нихера не знаешь обо мне. И ты нихера не знаешь о Делле.

- Ошибаешься. Знаю, - Паттерсон улыбнулся одним лишь ртом. Глаза у него оставались холодными и сосредоточенными.

- Это тебе кажется, что знаешь. Попроси ее рассказать об инциденте в Пенсаколле. Тебе будет очень интересно, уверяю.

- Хорошо, попрошу, - очень серьезно согласился Паттерсон. – Еще что-нибудь?

- Еще много чего. Ты, кажется, решил, что я Деллу угнетаю или типа того. А твоя миссия – это спасать прекрасную даму от злого дракона.

Герой на белом коне. Ты все одобряешь, все разрешаешь и всегда поддерживаешь. Правильно?

- Ну… да, - криво улыбнулся Паттерсон. – Приблизительно так оно и есть

- Тогда я тебя сейчас удивлю. У Деллы дохуя инициатив, которые нельзя ни разрешать, ни поддерживать. Вот как со сфинксом…

- А что со сфинксом? – задрал подбородок Паттерсон. – Кто-то должен был его остановить. Это сделала Делла. И молодец, что сделала.

У Петера отвисла челюсть.

- Ты, блядь, шутишь, что ли?

- Почему шучу.