Я люблю тебя

До церемонии осталось несколько минут, а я по-прежнему в таком состоянии, и в моей постели лежит двадцатилетний парень. На по-о-мощь!

Мартино блаженно спит. Я могла бы оставить его в покое, но мне действительно необходимо разделить мою трагедию с кем-нибудь.

– Мартино, просыпайся! – трясу его.

– Который час? – бормочет он, поворачиваясь на бок.

– Уже очень поздно, почти одиннадцать! – Я чуть не разрываю его барабанные перепонки криком и сильно трясу его.

– А? – Он раскрывает глаза и рывком поднимается. – А тебе… разве не надо… на свадьбу?

– Да, черт возьми! И я вряд ли попаду туда вовремя! – с криком снова вскакиваю на ноги и начинаю метаться по комнате, как обезумевшая муха в банке.

Мартино садится и смотрит на меня по-прежнему с помятым от сна лицом.

– Успокойся, если разнервничаешься, то ничего этим не решишь. – Он встает, потирая глаза и потягиваясь худыми руками, прислоняется к стенке, чтобы не упасть. Думаю, это последнее, чего он ожидал, проснувшись.

Я пока что вспоминаю, что платье так и не застегнуто и борюсь с застежкой молнии на спине.

Мартино приближается и мягко тянет язычок молнии вверх.

– Ужас! Чувствую себя сарделькой! – втягиваю живот в напрасной попытке стать похудее. Потом немедленно бегу обратно в ванную, забыв поблагодарить Мартино.

Включаю свет на зеркале и смотрю на себя. У меня судорожно перекошенное лицо, мешки под глазами, как у зомби, и прыщ, почти вулкан, на подбородке. Лихорадочными, истеричными движениями намазываю тональный крем и корректирующее средство, но ситуация не особенно улучшается. Теперь я похожа на восковую фигуру.

Неважно, на совершенствование нет времени. Сейчас главное перейти к следующей стадии. Достаю из шкафа старый набор с разными цветами компактных теней и помад. Поскольку макияж никогда не был моей сильной стороной, наступил момент продемонстрировать, что изнуряющие лекции Гайи не прошли впустую: удастся ли мне сотворить что-нибудь более-менее приличное?

– Элена… – это голос Мартино, как всегда ненастойчивый. Голос того, кто всегда опасается побеспокоить.

– Я здесь, – отвечаю, проводя румянами по щекам.

В зеркале появляется его изображение рядом с моим. Его растерянный и немного оглушенный вид растапливает мне сердце.

Я на минуту поворачиваюсь к нему и подхожу ближе:

– Мне жаль, что не могу уделить тебе больше внимания… – Приподнимаюсь на цыпочки и чмокаю его в губы. – Но у меня аварийная ситуация! – взвизгиваю сразу же, принимаясь снова размазывать румяна по лицу. – Я не умею краситься и в нормальных условиях, что уж говорить о цейтноте! – фыркаю, смотрясь в зеркало и кривя рот в гримасе отвращения.

– Я могу попробовать! – Мартино становится рядом со мной, перед зеркалом. Он не шутит.