Я люблю тебя

(Почему-то я чувствую себя пожилой женщиной рядом с ним, но сейчас не время думать об этом.)

Мы прощаемся на мосту Академии.

– Я тебя даже кофе не угостила, – стараюсь извиниться.

В ответ Мартино стеснительно целует меня в губы и смотрит на меня сияющими, благодарными глазами.

– Я никогда не забуду эту ночь. – Он помогает мне сесть в водное такси.

Но нет. Все это было бесполезно. Я понимаю это, когда взбегаю по ступенькам входа, а навстречу мне из церкви выходит поток приглашенных. Проклятие! Неужели моя подруга была пунктуальна? И вообще, насколько она спешила выйти замуж? Черт бы побрал священника… Он действительно отслужил молниеносную церемонию!

Однако я не сдаюсь. Хотя брачующиеся уже произнесли свое «да» (не могу поверить, что я так поступила с Гайей), возможно, они пока не расписались в регистрационной книге, и я еще успею исполнить мой долг свидетельницы. Я бросаю вызов толпе, как амазонка, проталкиваясь против движения и прокладывая путь толчками. Окружающие бросают на меня неодобрительные удивленные взгляды.

Узнаю в толпе Валентину, Серену и Чечилию, выряженных, словно на показе мод. Вале, которая всегда надеялась на роль свидетельницы, бросает на меня косой взгляд, как бы говоря: «И ты сейчас появилась?!» В сумасшедшей спешке натыкаюсь на маму, она хватается руками за голову и смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Игнорирую ее и невозмутимо продвигаюсь вперед в поисках молодоженов. Огромными шагами, достойными олимпийского бегуна, пересекаю вход церкви, украшенный голубыми и белыми розами: я по-прежнему не вижу Гайю и Самуэля.

Спешу в ризницу, сбоку от основного алтаря. Двери открыты, я узнаю молодоженов со спины и священника перед ними, который именно в этот момент достает огромный пергаментный переплет, в котором должны расписаться свидетели.

– Подождите! Стоп! – ору, тормознув каблуками на мрамором полу.

– Элена! – Гайя поворачивается и смотрит на меня с оглушенным видом. – Ты куда пропала?

Она сдерживается. Если бы не святое место, она бы выразилась более цветисто…

Гайя очень красива. Мое сердце на секунду замирает, и глаза увлажняются при виде подруги в белом платье, расшитом жемчугом и вышивкой, светлые волосы собраны в сложную прическу, а шелковая фата с венца спускается до пола.

– Прости меня, – умоляю, согнувшись вдвое из-за одышки, у меня ощущение, что вот-вот упаду в обморок. – У меня случилась одна неприятность. Я тебе потом все объясню.

– Мы уже думали, ты совсем пропала, – вмешивается Самуэль.

Не пойму, слышится ли в его голосе ирония или упрек. Однако, глядя на него, не могу не признать, что он тоже потрясающе выглядит. На нем черный смокинг с ярко-синим галстуком и цветок в петлице того же цвета.