Я не ваша, господин следователь

— Скажите, госпожа, какие у вас были отношения с господином Рингером Рокснаром?

Она отводит взгляд, полный замешательства.

— Он… умер уже давно… это брат моего мужа.

— Мне это известно. Мне нужен только один ответ. Он… отец Вишен?

Анрет вздрагивает и резко поворачивается ко мне, в глазах вспыхивает огонь гнева.

— Вы с ума сошли? Как вы смеете задавать мне подобные кощунственные вопросы и подрывать мою честь?

Я ожидал подобной реакции. Откидываюсь на спинку кресла и непрерывно изучаю её взглядом. Конечно, её отрицание логично, она боится своего мужа, боится всё потерять, лучше потерять одну дочь, чем всё — деньги, имя, статус. Но всё же я верил в то, что в глубине Арнет отчаяние и безысходность, она загнанная, потерявшая свой стержень женщина, которую много лет давил муж.

— Вы запутались, верно? Годами скрывать тайну — тяжёлая ноша. Вы боитесь осуждения, боитесь мужа, его гнева, корите себя за ошибки молодости. Вам легче всё отрицать. Вы можете врать всем подряд, но вы внутри знаете правду, она всегда будет гложить, — делаю паузу, чтобы Анрет могла подумать над сказанным. — Я пришёл, чтобы не терять время и узнать правду с ваших уст.

Она молчит, хотя мне заметны её напряжение в плечах и метание в повлажневших от сдерживаемой тревоги глазах.

— Ну что ж, — отталкиваюсь от спинки кресла, — придётся мне потратить ещё несколько дней, чтобы найти доказательства этому, и не сомневайтесь, что раскопаю все подробности, о которых вы, наверное, уже и забыли. Мне ваша жизнь совершенно безразлична, мне нужно только подтверждение для защиты Вишен, а для неё… — пронизываю женщину взглядом, — …я сделаю даже самое невозможное.

— Постойте, — останавливает Анрет.

Опускаясь обратно в кресло, Анрет смотрит на дверь, делает паузу, чтобы собраться с мыслями.

— Только ради Вишен… Вы поможете ей?

— Иначе меня бы здесь не было, — уверяю.

— Да. Эрол не её отец… Это правда… Так вышло, я не буду объяснять подробностей, — заговорила она быстро и приглушенно, но я ловил каждое слово. — Конечно, он злится и не простил до сих пор… Он любит Иллин, она его жизнь. Вишен досталось тяжёлое отношение Эрола. Рокснар запретил говорить об этом Вишен и вообще боится, что об этом узнает общество, тогда он упадет в глазах перед всеми, он страшно этого боится, потерять авторитет, лицо и честь.

Она смолкла, проглатывая подступивший ком.

— А господин Рингер Рокснар знал о том, что Вишен его дочь?

Анрет бегло взглянула на меня.

— Да. Они с Эролом стали врагами с того времени… Рингер хотел забрать Вишен себе, когда ей исполнилось три года, но случилась трагедия… Рингер погиб.

Она смотрит перед собой, сжимает пальцами подлокотник, выдавая своё напряжение, внутри явно идёт борьба.

— Значит, Рингер погиб, — подталкиваю её.