Я тебе запрещаю

Завтра я все объясню Марии Эдуардовне. И, чтобы не тратить время на сборы, давай-ка начни собираться уже сегодня.

— Не знаю, Рус, — тянет она.

— Что такое, Настя? Что ты не знаешь?

— А ты уверен, что так будет лучше? — слышу в трубке.

— Что «так», Настя? — опять эти ее сомнения в голосе.

— Ну, я и ты… Вместе… В одном доме… — запинается она.

— Насть, я очень устал сегодня. Правда. Давай я просто приеду завтра вечером и мы все решим. Хорошо? А сейчас иди спать.

— Спи, пока меня рядом нет.

Хихикает в трубку. Потом слышу чмокание. Это она так целует меня в трубку. Этот детский жест ее вызывает у меня улыбку. Маленькая девочка.

Прощаюсь с Настей и только вырубаю телефон, как ко мне подходит Артур.

— Ну что, Рустам, как тебе будущие партнеры?

— Пока непонятно. Надо думать, Артур.

— Рустам, ты слишком много думаешь. Тормозишь развитие компании. Взять хотя бы Роберта…

— Артур, хватит, — встаю с дивана, собираясь уйти домой.

Но Артур останавливает меня.

— Как поживает Настя? — спрашивает, прищуриваясь.

— Для тебя она — Анастасия Михайловна. Ты забыл?

— Она ведь ничего ещё окончательно не решила, Рустам. Так? Судьба акций ещё не решена.

— Я уже все решил, Артур. И тебе лучше забыть и о ней, и об акциях.

— Ты что ли ещё и женишься? — ехидно спрашивает Артур.

— Не твое дело, — откровенно грубо отвечаю я. — Но, если надо будет ради компании, то женюсь.

— Так акциями дорожишь, Рустам? Готов даже принципами пожертвовать? Женишься на ней ради компании? Ради памяти друга?

— Да, Артур. Женюсь. И поэтому тебе лучше забыть об Анастасии Михайловне. Навсегда забыть.

— Ну, посмотрим ещё, Рустам. Посмотрим. Ладно, Рустам, проехали. Меня просили передать, к тебе там пришли.

— Кто еще? Ночью? Я домой.

— Ну там, в коридоре, ждут тебя.

Отхожу от Артура и прощаюсь с остальными участниками переговоров.

Кого там еще притащило?

Выхожу в коридор. Никого. Придурок Артур.

Иду к лифту и тут из-за угла выходит… Лика? Что она тут делает?

— Здравствуй, Рустамчик, — она сразу же начинает жеманно мяукать. Кладет руки мне на плечи и прижимается своей большой грудью.

Удивительно, что когда-то мне нравилась вот эта грудь. Но теперь, после Насти, я и смотреть на нее не хочу, не то что трогать.

— Ты чего здесь? — спрашиваю недовольно, убирая ее руки со своих плеч.

— Соскучилась, Рустамчик, — выгибается она. — Ты пропал. Не звонишь. Не приезжаешь. А я скучаю.

— Мне некогда, Лика. Я домой.

— Только не говори, что стал однолюбом? Ну, Рустам? Нет. Я разочарована, — усмехается она.

Отодвигаю ее от себя, но она опять встает передо мной.

— Может еще и женишься? — спрашивает ехидно.

— Не твое, Лика, дело, — говорю четко каждое слово.

— Вот это да, — присвистывает она. — Очень жаль, Рустамчик.

Проводит ногтем по лацкану пиджака.