Я тебя получу

Какое-никакое, а все-таки средство самообороны. Но прежде чем кидаться на амбразуру, пытаюсь зайти с другого угла, все как учили на лекциях по криминальной психологии:

— Послушай, — наигранно миролюбиво, — как там тебя…

— Зови меня просто Кнут.

— Тебе оно действительно интересно?

Облизываю губы и непроизвольно отступаю еще, на этот раз уже упираясь в кирпичную кладку забора.

— В общем-то, нет, неинтересно. Давай ты мне сейчас скажешь, что тебе от меня нужно, и я пойду, хорошо? Я просто очень тороплюсь.

Кнут перебрасывает языком спичку в уголок рта и, не отрывая от меня ненормальных глаз, тянется в карман джинсов.

Сердце буквально ухает в пятки — а если у него там какое-нибудь оружие? Мало ли, что там творится в его отбитой башке и хранится в недрах карманов.

Но это оказалось не оружие…

…спустя мгновение в его ладони лежит мой новенький телефон, с которым я уже успела мысленно попрощаться.

— Мой. Откуда он у тебя?

— Дорогая игрушка… — подбрасывает айфон в воздух, и когда я прощаюсь с ним во второй раз, потому что корпус стремительно летит к асфальту, Кнут ловко хватает его двумя пальцами, спасая от падения. — Да не дергайся так, — усмехается, — это всего лишь безделушка.

— Да мне все равно, — смелею. — Можешь продать его и купить себе алкоголь. Или травку… Или что там вас еще интересует.

Боже, эти его глаза… при свете дня действительно словно прозрачные. Никогда в своей жизни я не видела настолько пронзительного взгляда.

— Тоже считаешь меня отморозком?

Неожиданный вопрос выбивает из колеи.

Мнусь, не зная, что именно ему на это ответить. Скажу, что да — разозлится. Нет — решит, что струсила говорить прямо.

— Я не знаю тебя и, честно, мне все равно, что ты за человек. Безразлично, как ты живешь, чем промышляешь. Я никого не трогаю и хочу, чтобы не трогали меня, только и всего, — увиливаю.

— Хочешь сказать, что не веришь сплетням? Про меня же всякое говорят. Послушать — прямо гоп-стоп песня, — делает шаг навстречу — и я взаперти, отступать больше некуда: позади забор, напротив — непонятный на всю голову придурок с совершенно неясными намерениями. Еще и наверняка обдолбанный.

Заглядываю ему в глаза — взгляд хоть и ненормальный, но «чистый», и алкоголем от него совсем не пахнет. Да и шмотки пусть и уродливые, но неплохого качества. Выглядит довольно опрятно…

И тут же мысленно ругаю себя за неуместные мысли не в ту степь. Ну какое мне дело до его чистоплотности!

— Подобные песни не слушаю, — отвечаю чуть запоздало, — у меня хороший музыкальный вкус.

— Все у тебя идеально, да? Правильно. По линеечке, — упирается ладонью в забор прямо у моей головы и наклоняется, заглядывая в лицо так близко, что мир сужается до размера его зрачков. — Поехали, до дома подброшу, хорошая девочка.