Яд и мармелад. Жена по неосторожности

Это было удивительно, учитывая на кого я стала похожа после купания в луже.

– Нет, только испугалась, – сказала я, чувствуя легкое головокружение.

– Зачем ты бросилась под колеса?

– Это вышло случайно.

Дама спросила кто я и откуда. Услышав, что я пару дней назад приехала из Дракончино, она тут же захлопотала:

– Поедем ко мне, Марисабель. Поедем! Я настаиваю, чтобы тебя осмотрел целитель. К тому же твое платье безнадежно испорчено! Неприлично появляться на улице в таком виде.

– Что вы, это неудобно… Я сняла номер в гостинице.

– Никаких гостиниц! Отказ не принимается!

Впервые за долгое время после смерти отца кто-то хотел позаботиться обо мне.

После всех последних злоключений простое человеческое участие было необходимо мне, как воздух.

Поэтому я не сопротивлялась, когда миссис Проктор помогла мне сесть в карету.

Надо сказать, это произошло как нельзя вовремя – в переулке показался один из моих преследователей. Верзила крутил короткостриженной головой в разные стороны, явно высматривая меня.

Но крылан уже улетел, а я была внутри кареты, надежно скрытая алой шелковой занавеской.

Я откинулась на мягком сиденье и в изнеможении прикрыла глаза.

Миссис Проктор и ее муж оказались милейшими людьми.

Выслушав мою историю, они настолько прониклись сочувствием, что убедили меня остаться у них на пару дней.

И даже были так любезны, что отправили слугу в гостиницу, где я остановилась, чтобы он перенес мои вещи в их дом.

Эта милая супружеская пара очень поддержала меня и убедила не отказываться от своей мечты.

Мистер Проктор вел адвокатскую практику. Он заявил, что обязательно что-нибудь придумает насчет того, как мне получить лицензию.

И даже насчет денег.

Пообещал, что мы обязательно скоро вернемся к этому разговору.

Не знаю, как он планировал это решить, но уверенность мистера Проктора вселила в меня надежду.

Я готова на все, лишь бы не возвращаться в Дракончино и не идти в служанки к Белинде Свифт!

Сама же хозяйка дома, миссис Проктор, окружила меня вниманием и заботой. Пригласила лучшего столичного целителя, который диагностировал у меня легкое сотрясение, ушибы и царапины. Эскулап порекомендовал отлежаться, отдохнуть и не думать о плохом.

Доброта этой женщины, казалось, не знает границ.

Она развлекала меня интересными разговорами, стремилась побаловать чем-нибудь вкусненьким, приносила в комнату для гостей, куда меня поселили, интересные книжки и свежие газеты.

Я не знала, как и благодарить своих благодетелей!

Каждый день я молилась Ковену за то, что на моем пути встретились такие добрые, отзывчивые люди.

После грубости, грязи и подлости, с которыми я столкнулась в Морбидионе в первые дни своего пребывания здесь, это было особенно важно для меня.