Янтарный след

Тут уж бедняга не смог устоять…

Я вспомнила, как видела ётуна с вершины вала – темные провалы глаз, черная жадная пасть… Содрогнулась и от запоздалого страха, и от возмущения.

– Но чего он хотел? На что рассчитывал?

– Ах, Фрейя, кто может тебе противиться! Ты так же повелительна, как и прекрасна, – он прижал руки к груди, к тому месту, где у людей и даже богов бывает сердце. – Если бы ты приняла мою дружбу, преданнее и вернее друга у тебя не было бы никогда! Разве эти жалкие альвы могут любить тебя так, как ты заслуживаешь? Разве они понимают тебя? Ими движет только похоть – ну, вы, ваны и альвы, у вас одно на уме, это дело ясное…

Продолжая его мысли про себя, я, как ни была возмущена, не смогла удержаться от смеха:

– Локи, прекрати! Я ни в коем случае не хочу родить жеребенка с восемью ногами, а от вас, великанов, ничего хорошего родить невозможно! Довольно с тебя той несчастной, из-за которой самый лучший из вас сделался увечным…

– Ты про Тюра говоришь? – Он прищурился.

 – А кто, по-твоему, послал меня к той великанше?

– Да тот, кто единственный знает будущее асов и знает, что к чему приведет!

– Ты знаешь зачем! – Он опять прищурился.

 – Знаешь! Тот, кто теперь обнимает жен лишь одной рукой… был вынужден оставить престол Всеотца.

– Но его занял Хёнир…

– Но Один… – я лихорадочно пыталась собраться с мыслями. – Он не может стать Всеотцом. У него теперь нет одного глаза! Он несовершенен… Это – препятствие…

– О великий Имир… – прошептала я, не зная, можно ли верить.

Верить во что – в хитроумие и коварство Одина, если это правда? В коварство Локи, если все это наглая ложь?

– Почему же он… передумал?

– Увидел, что ни ты, ни твои родичи на эту сделку не пойдут, – мрачно сказал Локи.

 – И выдумал новый способ… сделаться твоим спасителем. Тут уж мне пришлось отдуваться. Я слишком много о нем знаю – вот он и нашел способ так меня унизить, чтобы мои слова не имели веса.

А я еще помогала ему, Одину! Лечила его! Жалела! Разрешила поместить голову его деда Мимира в мой источник. Я сама помогла Одину многократно увеличить его силу. И что он теперь будет с нею делать?

– Вот увидишь! – Локи погрозил мне длинным пальцем. – Ни Тора, ни твоего брата он в покое не оставит.

Не успокоится, пока не займет престол Всеотца.

И впервые я ощутила настоящий страх – это было ясное понимание того, что Один опасен, а у меня может не оказаться средств защититься.

– Я мог бы быть на твоей стороне! – Локи скользнул ближе и уселся на пол возле моих ног. – Если мы с тобой заключим союз, нас никто не одолеет, даже он!

С трудом я удержалась, чтобы не погладить его по голове. В известном обаянии ему не откажешь, но такой ненадежный союзник мне не требовался, от него беды будет больше, чем помощи.